"На основании неопровержимых данных Пленум ЦК признает необходимым вывести из состава членов ЦК ВКП(б) и подвергнуть аресту как врагов народа: Баумана, Бубнова, Булина, Межлаука, Рухимовича и Чернова, оказавшихся немецкими шпионами и агентами царской охранки; Михайлова, связанного по контрреволюционной работе с Яковлевым, и Рындина, связанного по контрреволюционной работе с Рыковым, Сулимовым".
Далее почерком Сталина дописано: "Все эти лица признали себя виновными"494.
Подумать только, как бедна фантазия главного Инквизитора: более половины состава ЦК - "шпионы" и "агенты царской охранки"! Двадцать лет после краха дома Романовых их жандармское ведомство продолжало как ни в чем не бывало действовать! Все это похоже на безумие, пир злой силы! Просматривая пожелтевшие листки, которые рассылались членам ЦК для заочного голосования, я не встретил ни одного несогласия, возражения, сомнения. Только "за", "согласен", "безусловно согласен", "верное решение", "необходимая мера" и т.д. Совесть безмолвствовала в заточении лжи и страха.
К концу 1938 года фактически не оставалось кандидатов, которыми можно было заполнить страшную брешь. Из 139 членов и кандидатов в члены ЦК партии, избранных на XVII съезде, 97 человек, или 70%, были арестованы и в 1937 - 1938 годах погибли. Такова судьба не только большинства членов Центрального Комитета, но и основной части делегатов "съезда победителей". А ведь 80% делегатов XVII съезда с правом решающего голоса были большевики со стажем до 1921 года! Это люди, прошедшие ленинскую школу, подполье, революцию, гражданскую войну. Сталин не мог забыть, что почти триста делегатов голосовали тогда против него. Кто они? Диктатор в каждом видел потенциального врага.
Республиканский, краевой и областной эшелоны также были обескровлены. Многие обкомы были просто обезглавлены; все секретари партийных комитетов попадали, по словам Кагановича, на "жительство" к Ежову. Назову лишь несколько фамилий из тысяч местных партийных и советских работников, кому довелось испить из "чаши Иосифа": А. Богомолов, Т. Братановский, Е. Вегер, М. Гусейнов, Б. Додобаев, Н. Журавлев, С. Зегер, В. Еременко, Ю. Коцюбинский, Г. Крутов, Н. Марголин, Д. Орлов, Н. Степанян, Я. Попок, А. Шпильман, А. Ханджян, многие, многие другие. Обобщенные данные мог иметь только Сталин. Что думал он, листая страшные сводки и доклады Ежова, Ульриха, Вышинского, когда мог "убедиться", что страна, партия, армия, народное хозяйство - во власти врагов? Неужели ему не могла прийти даже мысль о том, что его концепция "врагов народа" чудовищна в своей нелепости и преступности? Но "вождь" отличался последовательностью. Раз принятое решение Сталин всегда старался довести до конца. С "очищенным" обществом он добьется многого, о чем будут "говорить в веках"...
Однажды, обсуждая с Ежовым в присутствии Молотова очередной список, Сталин, не обращаясь ни к кому, обронил:
- Кто будет помнить через десять - двадцать лет всех этих негодяев? Никто. Кто помнит теперь имена бояр, которых убрал Грозный? Никто... Народ должен знать: он убирает своих врагов. В конце концов, каждый получил то, что заслужил...
- Народ понимает, Иосиф Виссарионович, понимает и поддерживает, - как-то машинально откликнулся Молотов.
Хотя оба они должны были знать, что народ безмолвствовал. Крики одобрения были гласом неведения, бесправия и подавленности.
Рассуждения "вождя" о том, что нужно "научиться ценить людей, ценить кадры", выглядят в высшей степени кощунственными. Ежов, который в октябре 1937 года стал кандидатом в члены Политбюро, не знал предела в цинизме и беззаконии. По его предложению органы НКВД стали готовить списки лиц, которые попадали под юрисдикцию коллегий военных трибуналов. Например, стоило вменить человеку в вину шпионаж, как он представал уже перед военным трибуналом. О том, как расправлялись со "шпионами" и сколько их было "выявлено", свидетельствует, например, такое донесение Ульриха:
"Комиссару Государственной безопасности I ранга
тов. Берия Л.П.
За время с 1-го октября 1936 года по 30-е сентября 1938 года военной коллегией Верховного суда СССР и выездными сессиями коллегий в 60 городах осуждено:
к расстрелу 30 514 человек
_____к тюрем.закл. 5643 человека
Всего 36 157
15 октября 1938 года
В. Ульрих".
В 1937 - 1938 годах Ежов, а потом и Берия направили на имя Сталина множество списков "шпионов", где заранее, до суда, предлагалась конкретная мера наказания (в подавляющем большинстве случаев - расстрел). Но сначала они получали донесения от Ульриха. Вот еще одно такое сообщение:
"Комиссару госбезопасности I ранга,
зам. наркома внутренних дел СССР тов. Берия
В сентябре 1938 года военной коллегией Верховного суда Союза ССР в Москве, Ленинграде, Киеве, Харькове, Хабаровске и других городах осуждено:
к расстрелу 1803 человека
_____к тюремн.закл. 389
Всего 2192
В. Ульрих"495.
