Большое видится на расстоянии. После окончания сталинской эпохи прошло не так уж много лет, по историческим меркам, однако уже сейчас мы видим многое из того, что было недоступно взгляду современников. Видим главное, тогда как мелочи неизбежно укрываются за далью десятков лет.
Сталин давно уже умер. Для нас он — историческая фигура. Однако не утихает ожесточённая полемика у пьедестала этой величественной фигуры, однако вновь и вновь вспоминают этого человека наши современники. Масштаб его личности позволяет одним из них использовать имя Сталина, как знамя, как символ. При этом они настолько идеализируют этого человека, что готовы написать иконы с его изображением. Другие, их противники, готовы отождествить его с Сатаной. Они ненавидят этого, давно уже покойного, человека так, как ненавидят живых.
Почему это происходит? В чём причина столь ожесточённого, столь масштабного накала страстей вокруг памяти Иосифа Виссарионовича Сталина?
Для понимания этой причины недостаточно ни широкого знания фактов из биографии Сталина, ни знания его личных качеств. Недостаточно и особенно пристрастного отношения к Сталину — любви к нему, либо ненависти.
Влияние Сталина на современный ему исторический процесс было чрезвычайно велико, а значит, его фигуру нужно рассматривать исключительно в контексте исторической эпохи. Только так, и никак иначе. Сталин — в каждой из побед Советского Союза, Сталин — в каждом из его поражений.
Практическое развитие коммунистической идеи в Советском Союзе в тридцатые-сороковые годы — это тоже Сталин. Именно это развитие стало первоосновой всего исторического процесса как в сталинскую эпоху, так и в поздние годы. Оно, это развитие, и есть причина ожесточённого, исступлённого спора вокруг фигуры Сталина.
Именно это развитие, а уже потом и сам Сталин, стоит костью в горле у противников коммунистической идеи. Ведь Сталина давно уже нет в живых, а коммунистическая идея, к воплощению которой он прикладывал свои силы, развивается и растёт, и крепнет с каждым годом. Она восстанавливается после тяжёлого поражения в конце двадцатого века, она с новой силой овладевает людьми.
Опыт «строительства социализма в отдельно взятой стране» не пропал даром. Современное, национальное развитие коммунизма учитывает и использует этот опыт. Мы, русские национал-коммунисты, не превозносим Сталина до небес, не говорим о его непогрешимости. Но мы помним о преемственности коммунистической идеи, мы помним о том, что имя Сталина связано с этой идеей неразрывно, связано навсегда.
А значит, мы должны различать между справедливой критикой Сталина и клеветой на него. И если первое должно приветствоваться нами, то второе должно расцениваться, как выпад против коммунистической идеи вообще, как неприятельская ложь.
