Робинс. Это, несомненно, так. Но все же положение заставляет нас прежде всего исходить из своих собственных интересов, и конфликт между нашими собственными интересами и тем, к чему нас толкают другие страны, сейчас больше, чем когда-либо толкает Америку к установлению таких взаимоотношений. Мы заинтересованы в развитии американского экспорта. Единственный большой рынок с большими возможностями, которые до сих пор никем по-настоящему не использованы, — это русский рынок. Американские деловые люди, если бы захотели, могли дать долгосрочные кредиты. Они заинтересованы в спокойствии на Дальнем Востоке, которому ничто так не содействовало бы, как установление нормальных взаимоотношений с Советским Союзом. В этом отношении заявление г-на Литвинова, сделанное им в Женеве, по вопросу об определении нападающей страны лежит целиком на линии пакта Бриана — Келлога, который играл крупную роль в вопросе о мире. Интерес Америки лежит в стабилизации экономических взаимоотношений во всем мире, и мы прекрасно понимаем, что нельзя добиться нормальных экономических взаимоотношений до тех пор, пока СССР находится в стороне от общей экономической системы.
Сталин. Все это верно.
Робинс. Я был и остаюсь неисправимым оптимистом. Когда-то, 15 лет тому назад, я верил в лидеров большевистской революции. Их тогда изображали агентами немецкого империализма, в частности Ленина считали немецким агентом. Но я считал и продолжаю считать Ленина величайшим человеком, величайшим вождем во всей мировой истории.
Я надеюсь, что та информация, которую я получил из первых источников, может быть, сможет содействовать проведению того плана сближения и сотрудничества между обеими странами, о котором я говорил.
Сталин (со смехом). Дай бог.
Робинс (смеется). Если бы Вы выражались по-американски, Вы бы сказали: «Побольше силы моим локтям». Он не уверен, что в его локтях осталось много силы.
Сталин. Положим.
Робинс. Я считаю, что нет ничего выше и величественнее, чем участвовать в создании нового мира, участвовать в том, чем мы сейчас заняты. Участие в творчестве и построении нового мира является таким фактом, который представляет крупнейшее значение не только сейчас, но и под углом зрения тысячелетий.
Сталин. Все же это дело представляет большие трудности (смеется).
Робинс (смеется). Я очень Вам благодарен за то, что Вы уделили мне внимание.
Сталин. Благодарю Вас за то, что Вы вспомнили через 15 лет об СССР и посетили его (оба смеются. Робинс раскланивается).
Беседа состоялась 13 мая 1933 года.
Источник: Сталин И. В. Сочинения. Т. 13. М.: Государственное издательство политической литературы, 1951. С. 260–273.
Рэймонд Робинс. 1910–1915. Автор фото неизвестен.
wikipedia.org / Библиотека Конгресса США
Рэймонд Робинс родился в 1873 году в семье банкира Ч. Э. Робинса (1832–1893). Его мать была оперной певицей, последние годы жизни ее содержали в психиатрической больнице. Робинс работал шахтером, окончил университет Джорджа Вашингтона, был золотоискателем, отказался от иудейского вероисповедания, крестился и стал последователем теории христианского социализма, входил в круг сторонников Теодора Рузвельта (1858–1919). В 1917 году полковник Робинс официально числился заместителем начальника американской миссии Красного Креста в Петрограде и выполнял секретные поручения органов разведки. Американцы хотели не допустить выхода России из войны. Робинсон был одним из первых политиков, которые начали налаживать отношения с партией большевиков. Робинсон поддерживал английского агента Р. Г. Б. Локкарта (1887–1970), много раз встречался с В. И. Лениным и Л. Д. Троцким. Он вернулся в США с письменными предложениями Ленина о сотрудничестве, но не нашел понимания в правительстве США. Впоследствии Робинсон способствовал установлению дипломатических отношений между США и СССР. Робинсон умер в 1954 году.
<p>Беседа И. В. Сталина с английским писателем Г. Д. Уэллсом</p>Уэллс. Я Вам очень благодарен, мистер Сталин, за то, что Вы согласились меня принять. Я недавно был в Соединенных Штатах, имел продолжительную беседу с президентом Рузвельтом и пытался выяснить, в чем заключаются его руководящие идеи. Теперь я приехал к Вам, чтобы расспросить Вас, что Вы делаете, чтобы изменить мир…
Сталин. Не так уж много…
Уэллс. Я иногда брожу по белу свету и как простой человек смотрю, что делается вокруг меня.
Сталин. Крупные деятели вроде Вас не являются «простыми людьми». Конечно, только история сможет показать, насколько значителен тот или иной крупный деятель, но, во всяком случае, Вы смотрите на мир не как «простой человек».
