Сталин и Дальний Восток полностью

Расследование данного дела вызывает определенные сомнения в его объективности, т. к. был освобожден Орлов, к очень мягкому наказанию был приговорен Саввин. Это не характерно для дел, связанных со шпионажем. В данном случае, то ли сыграл свою роль классовый подход при вынесении приговора по данному делу, то ли в отношении указанных выше лиц шла заведомая его фальсификация.

«Дело Ляхович». Заместитель наркома внутренних дел СССР Агранов 9 сентября 1935 г. сообщил председателю народных комиссаров СССР Молотову о том, что Управлением НКВД по Красноярскому краю арестован Ляхович Викентий Иосифович, 1913 г. р., служащий краевого Ветеринарного управления, прибывший в СССР в 1930 г. из Маньчжурии.

С целью заражения людей и скота из склада биопрепаратов Ветеринарного управления им была похищена и выброшена на улицу сибиреязвенная вакцина. Флакон этой вакцины, в количестве 120 граммов, был обнаружен на улице Баграда.

В ходе следствия Ляхович сознался в том, что, проживая в Маньчжурии, в г. Хайларе в 1930 г. был завербован бывшими белыми офицерами Черных и Шемякиным. В СССР был переброшен с целью совершения диверсионных актов и сбора сведений о численности и вооружении Красной армии. По этой работе он был связан с ранее переброшенными на территорию СССР из Маньчжурии Темных и Сударковым.

Для контрреволюционной работы и организации крушений транзитных и маневровых поездов, а также для сбора сведений о прохождении воинских эшелонов и грузов на Дальний Восток Ляхович завербовал таксировщика конторы Лестехснаба Рупасова и служащего краевого ветеринарного склада Базуева.

Из г. Хабаровска к Ляховичу для связи приезжали Петров Иван Федорович и Федоров Александр Иванович. Связь с заграницей, по показаниям Ляховича, осуществлялась через китайцев Ван-Тина и Чуф-Це422.

«Дело Трифонова и Еськова». 11 сентября 1934 г. заместитель наркома внутренних дел Г. Е. Прокофьев направил секретарю ЦК Л. М. Кагановичу письмо, в котором сообщал, что осенью 1933 г. в Маньчжурию дезертировали военнослужащие – Трифонов Александр Александрович, механик катера, и мотористы Еськов Виталий и Моров Георгий. Там их японцы арестовали и после допроса, на котором они дали подробные показания об оборонном строительстве участка № 103, освободили и послали на работу в механические мастерские военно-морского штаба Маньчжоу-Го.

После некоторой обработки Трифонов был завербован японцем Судой для шпионско-диверсионной деятельности на территории СССР. 10 июля 1934 г. он был переброшен нелегально на территорию советского Дальнего Востока с заданием проехать по маршруту Советская Гавань – бухта Де-Кастри – по реке Амуру до Николаевска и Комсомольска-на-Амуре. В этих пунктах необходимо было узнать номера и собрать данные о численности воинских частей и их местонахождении, заснять оборонные точки укреплений в бухте Де-Кастри и Советской Гавани, раздобыть и привезти в Харбин образцы строительного материала строящихся оборонных объектов.

На расходы Суда выдал Трифонову 80 иен, снабдил маленьким фотоаппаратом с четырьмя пленками. Для беспрепятственного прохождения границы при возвращении в Харбин Суда вручил Трифонову свою визитную карточку с условностями, которую тот вшил в подкладку пиджака. По прибытии на советскую территорию Трифонова, как вызвавшего подозрения, арестовали. При личном обыске обнаружили визитную карточку Суды, которая являлась своеобразным документом для японской разведки.

20 сентября 1934 г. Политбюро рассматривает дело Трифонова на своем заседании и принимает предложение НКВД о направлении в военный трибунал дела Трифонова Еськова и Морова,423 решением военного трибунала Трифонов был осужден424.

Дело Сталинского завода.19 августа 1934 г. Г. Е. Прокофьев сообщил Сталину, что, по агентурным сведениям, ряд работников Сталинского металлургического завода ведут шпионаж в пользу Японии. Выполняя задания японской разведки, они образовали в середине 1933 г. инициативную группу по созданию так называемой Российской партии национального возрождения (РПНВ). Было установлено, что под этим прикрытием скрывается фактически японская резидентура. При обыске были изъяты программа и устав РПНВ, закопанные в землю две бомбы и один револьвер с патронами и типографские шрифты для подпольной типографии.