Сталин и контрразведка полностью

Структурная чехарда продолжалась: вместо 3-го управления НКО СССР в центре было образовано Управление особых отделов (УОО) НКВД СССР. Михеев просится на фронт. Следует отметить, что на такое решение Анатолия Николаевича подвигли два обстоятельства. Во-первых, новая волна сфабрикованных дел и последующих репрессий 1939–1940 годов против заслуженных командиров РККА, выходцем из которой он был (выпускник военно-инженерной академии имени В.В. Куйбышева), и, во-вторых, фальсификация уголовного дела командующего Западным фронтом Павлова, в которую контрразведчик был втянут по указанию замнаркома обороны зловещего Льва Мехлиса. Грязным интригам Михеев предпочел передовую – не кабинетную, а фронтовую. Когда он вышел из кабинета «нового Льва», измученный смутным неудовлетворением, про себя подумал: «Нагловатый, самоуверенный блюдолиз. Замовское кресло его сработано, явно не по меркам головы. С его замашками уверен, что он еще пустит немало невинной кровушки в армии».

Почему-то вспомнились ему и недавние стихи Алексея Суркова:

В должности главного особиста Михеев прослужил менее года. Но суровое время и Кремль диктовали ему правила репрессивного поведения. При нем производились тоже аресты генералов РККА. Приведем их хронологию:

Красная Армия, казалось, обученная идти только вперед, воевать с противником на его территории, с позором катилась назад, оставляя в котлах окружения сотни тысяч военнопленных.

4 июля 1941 года в местечке Довске по распоряжению ЦК арестовали командующего Западным фронтом генерала армии Дмитрия Григорьевича Павлова. Разгромленный фронт Павлов 30 июня сдал генералу Еременко. Но Сталин передумал и через несколько дней назначил новым командующим маршала Тимошенко, а членом Военного Совета фронта – генерала Мехлиса. Последнему он заметил:

– Разберитесь там, на Западном фронте, соберите Военный Совет и решите, кто, кроме Павлова, виновен в допущенных серьезных ошибках.

Павлов прибыл в Москву по приказу Сталина. Его сразу же вызвал Жуков на формальное собеседование, так как судьба маршала практически уже была решена. Разговор у них состоялся тяжелый. После этого Павлова снова отправляют на фронт, якобы для сдачи дел, но по дороге его задерживают. Михеев полностью под влиянием жестокого Мехлиса – он мечется, не верит в предательство, тем более в пособничество Павлова фашистам, как участника «военного заговора».

6 июля Мехлис отправляет Сталину шифровку:

«Военный Совет фронта решил:

Арестовать бывших – начальника штаба фронта Климовских, заместителя командующего ВВС фронта Таюрского, начальника артиллерии фронта Клича, начальника связи штаба фронта Григорьева, командующего 4-й армией Коробкова».

После получения от Мехлиса решения Военного Совета Сталин продиктовал ответ:

«Тимошенко, Мехлису, Пономаренко.

Государственный комитет обороны одобряет ваши мероприятия по аресту Климовских и других и приветствует эти мероприятия как один из верных способов оздоровления фронта».

Расследование шло быстро. 22 июля 1941 года состоялся суд.