Сталин и контрразведка полностью

Писал, как правило, сам от руки. Читал много и был широко осведомленным человеком в самых разнообразных областях. Его поразительная работоспособность, умение быстро схватывать материал позволяли ему просматривать и усваивать за день такое количество самого различного фактологического материала, которое было под силу только незаурядному человеку. Трудно сказать, какая черта характера преобладала в нем. Человек разносторонний и талантливый, он не был ровным. Он обладал сильной волей, характером скрытным и порывистым.

Обычно спокойный и рассудительный он иногда впадал в раздражение. Тогда ему изменяла объективность, он буквально менялся на глазах, еще больше бледнел, взгляд становился тяжелым и жестким. Не много я знал смельчаков, которые могли выдержать сталинский гнев и отпарировать удар…

Работал много, по 12 – 15 часов в сутки».

Даже лютый враг Советского Союза английский премьер-министр У. Черчилль подметит уникальность личности Сталина:

«Я прибыл в Кремль и впервые встретился с великим революционным вождем и мудрым русским деятелем и воином… У меня сложилось впечатление, что Сталин умеет глубоко и хладнокровно взвешивать все обстоятельства и не тешить себя никакими иллюзиями».

Помощник президента США Рузвельта Гарри Гопкинс:

«Его (Сталина. – Авт.) вопросы были ясными, краткими и прямыми…Его ответы были быстрыми, недвусмысленными, они произносились так, как будто они были обдуманы им много лет назад… Кажется, что у него нет сомнений. Он не признает пустой болтовни. Его юмор остр и проницателен…»

То, что репрессии были – это факт. То, что пятая колонна действовала заодно с врагами нашего государства – это тоже не подлежит сомнению. Действовала она по принципу – неприступные крепости легче всего берутся изнутри.

Доверившись «информации» руководителя НКВД Ежова, Сталин имел отношение к увольнению перед войной около 40 тысяч опытных командиров, якобы по причине политической неблагонадежности. Количество уволенных и причины их увольнения докладывалась ему Ежовым.

Правда, к январю 1938 года в армию и флот было возвращено 11 тысяч ранее уволенных опытных командиров, наверное, не по указанию Ежова, а кого-то выше. Со слов Сталина при наркоме обороны Ворошилове был взят неправильный, поверхностный крен в сторону наказания командиров в армии.

Сталин после ареста и расстрела 4 апреля 1940 года Ежова и его заместителя Фриновского потребовал от нового руководителя НКВД Берии дать ему раскладку по репрессиям 1937 – 1938 годов.

И вот, что он мог прочесть в статистике:

За контрреволюционные преступления в 1937 году судебными органами был осужден 841 человек. Из них расстреляно 121.

В 1938 году, в пик ежовщины, по статьям о контрреволюционных преступлениях органами НКВД было арестовано 52 372 человека. При рассмотрении их дел в судебных органах осуждены были 2731 человек, из них расстреляно 89 человек и 49 641 человек оправдан.

Сталин понял, что такое количество оправдательных приговоров говорило о том, что Ежов арестовывал многих граждан без достаточных к тому оснований.

В разговоре с соратниками по Политбюро Сталин по-другому оценил работу органов госбезопасности в деле разоблачения «высокопоставленной» агентуры противника: