Ю. М. ГАЛЕНОВИЧ
СТАЛИН И МАО
»
Два вождя
ВОСТОЧНАЯ
КНИГА
Москва 2009
УДК 929 Сталин И. В.+929 Мао Цзэдун ББК 63.3(2)6-8Сталин И. В.+63.3(5Кит)6-8Мао Цзэдун Г15
Галенович, Ю. М.
Г15 Сталин и Мао. Два вождя / Ю. М. Галенович. — М.: Восточная книга, 2009. — 574, [2] с.
ISBN 978-5-7873-0454-1
В драматической истории XX столетия И. Сталин и Мао Цзэдун занимают особое место. Лидеры двух великих держав, ввергшие свои народы в пучину глубочайших потрясений, эхо которых не угасло по сей день... Их взаимоотношения были крайне сложными. В большой политической игре нашлось место и взаимным подозрениям, и интригам, и вероломству.
В своей книге виднейший российский китаевед, автор многочисленных публикаций по новейшей истории Китая Юрий Михайлович Галенович подробно раскрывает подоплеку событий 1940—1950-х гг., показывая сложность и противоречивость того времени, всю неоднозначность мотивов и поступков вождей, вершивших судьбы сотен миллионов своих сограждан.
УДК 929 Сталин И. В.+929 Мао Цзэдун
ББК 63.3(2)6-8Сталин И. В.+63.3(5Кит)6-8Мао Цзэдун
Встречи Сталина и Мао Цзэдуна в Москве
(декабрь 1949 года — февраль 1950 года) 257
Сталин, Мао Цзэдун и В. М. Молотов 339
Советско-китайский договор о дружбе,
Всего три с половиной года, с конца 1949 года по начало 1953 года, Сталин и Мао Цзэдун находились в равном положении, то есть обладали высшей властью и в своих партиях, и в своих государствах. Именно тогда, с их благословения, пропаганда обеих партий, и ВКП(б) — КПСС, и КПК, рисовала картину советско-китайских отношений самыми розовыми и радужными красками, внушая простому человеку мысли о нерушимости советско-китайской дружбы и о том, что у этих двух народов есть два вождя: Сталин и Мао Цзэдун; вожди были как бы равновеликими, их имена составляли один ряд, правда, в этом ряду имя Сталина ставилось перед именем Мао Цзэдуна.
В нашей стране была создана песня «Москва — Пекин», под которую каждую неделю с Ярославского вокзала уходили поезда в Пекин. Помнится, что в этой песне были такие слова:
Русский с китайцем братья навек.
Крепнет единство народов и рас.
Плечи расправил простой человек.
С песней шагает простой человек.
Сталин и Мао слушают нас! Слушают нас!
(С последней строкой первого куплета происходили метаморфозы вслед за переменами в политике партии. Когда Сталин умер, в текст внесли изменения, и он стал звучать так: «Сталин и Мао в сердце у нас! В сердце у нас!»; когда же Сталина в нашей стране раскритиковали, а Мао Цзэдуна не сочли единственным высшим руководителем межкомдвижения, тогда слова песни изменили еще раз, и они стали выглядеть так: «Дружба навеки в сердце у нас! В сердце у нас!» Итак, имена Сталина и Мао исчезли, а их место заняла «дружба», о которой ранее в песне слов не было.)
Припев:
Москва — Пекин, Москва — Пекин,
Идут, идут вперед народы.
За светлый труд, за прочный мир Под знаменем свободы.
Слышен на Волге голос Янцзы,
Видят китайцы сиянье Кремля.
Мы не боимся военной грозы,
Воля народов сильнее грозы.
Нашу победу славит земля! Славит земля!
В мире прочнее не было уз,
В наших колоннах ликующий май.
Это шагает Советский Союз,
Это могучий Советский Союз,
Рядом шагает новый Китай! Новый Китай! [1]
В тексте песни была заложена важная тогда, с точки зрения Сталина, пропагандистская установка о необходимости сохранения мира, с чем вряд ли полностью и именно в такой формулировке был согласен Мао Цзэдун.
В заключительном куплете песни опять проводилась мысль о том, что Сталин хотел бы видеть Мао Цзэдуна в одном строю с собой, его государство в одном лагере, в одном строю с СССР, но при этом на первом месте, в голове колонны должен был всегда оказываться Советский Союз, могучий Советский Союз, а новому Китаю отводилось место рядом с СССР, но как бы чуть уступая ему первенство в движении и при принятии решений.
В КНР же, очевидно с благословения Мао Цзэдуна, в те же годы распевали свою песню:
Туаньцзе цзинь,
Туаньцзе цзинь,
Чжун Су жэньминь И тяо синь.
Сыдалинь хэ Мао Цзэдун цзай линдао,
Баовэй шицзе чицзю хэпин.
Это означало:
Теснее ряды,
Теснее ряды,
У народов Китая и СССР единое сердце.
А во главе у нас Сталин и Мао Цзэдун,
Они защищают вечный мир на земле.
Мао Цзэдун скрепя сердце был вынужден мириться и с тем, что имя Сталина приходилось ставить перед его именем, и с необходимостью вторить Сталину тогда, когда тот настаивал на тезисе о необходимости сохранять прочный мир во всем мире.
Миллионы людей в обеих странах на протяжении нескольких лет жили под гипнозом такого рода лозунгов и слов. При этом большинство искренне верило, что все это так и есть на самом деле. Прозрение пришло, но оно пришло в результате мучений, на которые именно Сталин и Мао Цзэдун обрекли народы.
