VII съезд РКП(б) внёс ещё одно принципиальное положение, имевшее существенное значение для разработки второй Программы большевистской партии. В.И. Ленин в Политическом отчёте ЦК, опровергая позицию «левых» коммунистов по вопросу о Брестском мире, сформулировал его так: «В нашей революции мы имеем такие переломы, которые будут иметь громадное значение для революции международной, а именно –
Какие могут быть обновления в вопросе защиты завоеваний Октябрьской революции? Мы в 1991 и 1993 годах попробовали эти «обновления», в результате до сих пор проклинаем тех, кто нам подсунул их под видом разделения партийных и государственных функций, отлучения партии от решения государственных вопросов и прочей демагогии, присущей проповедникам перестройки-горбостройки. Коммунисты должны стать непроницаемой стеной, чтобы не допустить впредь подобных «обновлений» социализма ни в каком виде, ни в какой упаковке! В этом вопросе есть лишь одна диалектика – непримиримая диалектика классовой борьбы.
Было ещё одно противоречие, которое требовало неотложного разрешения. Большевики и меньшевики уже давно перестали быть одной партией, из внутрипартийных оппонентов превратились в выразителей интересов полярных социальных классов, более того, в Гражданской войне они сплошь и рядом были по разные стороны линии фронта. И, несмотря на всё это, формально у них оставалась. общая партийная программа. Выступая на VII съезде РКП(б), Ленин, подчёркивая неотложность работы над новой программой, вспоминал «гадкое положение», в котором он себя чувствовал, «когда на предыдущем съезде один левый швед меня спрашивал: «а какая программа вашей партии – такая же, как у меньшевиков?» Надо было видеть, какие глаза сделал этот швед, который ясно понимал, как мы гигантски далеко ушли от меньшевиков. Такое чудовищное противоречие мы оставить не можем»[22].
С формированием Коммунистического Интернационала такая ситуация стала нетерпимой. VIII съезд РКП(б) уже не мог откладывать принятие новой Программы большевистской партии.
В течение двух лет подготовка новой партийной Программы не выпадала из поля зрения РКП(б). Но противоречия бурной эпохи не позволяли ей стать в центре внимания. Да и внутрипартийные противоречия тоже мешали согласованной работе.
В.И. Ленин и большинство членов Программной комиссии настаивали на том, что в новую Программу необходимо включить тот раздел принятого на II съезде РСДРП главного партийного документа, в котором даётся характеристика домонополистического капитализма. Против выступал прежде всего Н.И. Бухарин, настаивая на том, что появился новейший взгляд на капитализм времён господства монополий, банковского капитала и полного раздела мира. Им и надо заменить характеристику «старого» капитализма, так как на дворе – империализм.
Почему же возражает Ленин, если предлагается убрать то, что было когда-то написано Г.В. Плехановым и другими разработчиками первой Программы РСДРП, а вставить только то, что открыл Ленин? Но такие вопросы посещают только головки честолюбцев. У Ленина же логика мыслителя, практика, борца. Да, характеристика империализма безусловно нужна. Но не менее необходима и характеристика домонополистического капитализма. Дело в том, что империализм не уничтожил «свободного предпринимательства», а лишь вытеснил его на периферию экономики. Мелкотоварная российская деревня на рубеже 1910—1920-х годов жила в полном соответствии с законами не монополий и раздела мира, а домонополистической конкуренции. Значит, и в Программе РКП(б) непозволительно отказываться от раздела, который теоретически точно описывает жизнь значительной части страны.
Ленин настойчиво подчёркивал, что диктатура пролетариата является следствием антагонистических противоречий капитализма, и, чтобы успешно двигаться вперёд, надо знать и учитывать эти связи. Он их старательно раскрывал съезду:
