Он: С севом, товарищ Сталин? Мы мобилизовались.
Я: Ну, и что же?
Он: Мы поставили вопрос ребром.
Я: Ну, а дальше как?
Он: У нас есть перелом, товарищ Сталин, скоро будет перелом.
Я: А все-таки?
Он: У нас намечаются сдвиги.
Я: Ну, а все-таки, как у вас с севом?
Он: С севом у нас пока ничего не выходит, товарищ Сталин.
Вот вам физиономия болтуна. Они мобилизовались, поставили вопрос ребром, у них и перелом, и сдвиги, а дело не двигается с места.
Точь-в-точь так, как охарактеризовал недавно один украинский рабочий состояние одной организации, когда его спросили о наличии линии в этой организации: “Что же… линия, конечно, есть, только работы не видно”».
Растормошить и рассмешить своими образными сравнениями Сталин мог кого угодно. Даже такого чопорного и воспитанного в классических традициях европейской дипломатии человека, как лорд-хранитель печати Великобритании А. Иден – будущий министр иностранных дел и премьер-министр.
Тот, однако, являлся одним из высших сановников государства уже тогда, когда в 1935 г. прибыл в нашу страну, чтобы прозондировать намерения советского правительства в отношении усиливающейся нацистской Германии. С одной стороны, западные «демократии» вскормили и поддерживали фашистов. С другой – побаивались их.
Сталин разъяснил Идену последние мирные инициативы СССР. Мы не можем удовлетвориться лишь договорами о ненападении, сказал он, потому что такой договор легко разорвать; для обеспечения мира нужна более реальная гарантия, т. е. необходим Восточный пакт о взаимной помощи. В записи беседы далее говорится:
«…В чем заключается существо такого пакта? Вот нас здесь в комнате шесть человек. Представьте, что между нами существует пакт взаимной помощи и представьте, например, что т. Майский захотел бы на кого-нибудь из нас напасть[9]. Что получилось бы? Мы все общими усилиями побили бы т. Майского.
Сталин (шутливо): Поэтому-то т. Майский и ведет сейчас себя скромно.
Иден (рассмеявшись): Да, я очень хорошо понимаю вашу метафору».
В речи перед выпускниками академий Красной Армии, произнесенной в Кремлевском дворце 4 мая 1935 года, Сталин опять коснулся кадрового вопроса. Не преминув при этом поведать, хотя и о чисто житейской, но поучительной истории. Начал он с серьезного:
«Лозунг “кадры решают все” требует, чтобы наши руководители проявляли самое заботливое отношение к нашим работникам… Ценить машины и рапортовать о том, сколько у нас имеется техники на заводах и фабриках, научились. Но я не знаю ни одного случая, когда бы с такой же охотой рапортовали о том, сколько людей мы вырастили… и как мы помогали людям в том, чтобы они росли и закалялись в работе».
Далее перешел к тому, что можно отнести к ситуации «черного» юмора. Причем, выступающий не являлся создателем этой ситуации, но был лишь свидетелем.
«Я вспоминаю случай в Сибири, где я был одно время в ссылке. Дело было весной, во время половодья. Человек тридцать ушло на реку ловить лес, унесенный разбушевавшейся громадной рекой. К вечеру вернулись они в деревню, но без одного товарища. На вопрос о том, где же тридцатый, они равнодушно ответили, что тридцатый “остался там”. На мой вопрос “как же так – остался?” они с тем же равнодушием ответили: “Чего ж там еще спрашивать, утонул, стало быть”. И тут же один из них стал торопиться куда-то, заявив, что “надо бы пойти кобылу напоить”. На мой упрек, что они скотину жалеют больше, чем людей, один из них ответил при общем одобрении остальных: “Что ж нам жалеть их, людей-то? Людей мы завсегда сделать можем, а вот кобылу… попробуй-ка сделать кобылу”».
И закончил тоже серьезным выводом:
«Мне кажется, что равнодушное отношение некоторых наших руководителей к людям, к кадрам и неумение ценить людей является пережитком того странного отношения, которое сказалось в только что рассказанном эпизоде…».
5 марта 1936 года газета «Правда» опубликовала беседу И.В. Сталина с председателем американского газетного объединения «Скриппс-Говард Ньюспейперс» г-ном Рой Говардом. Сама беседа состоялась 1 марта, и, право, неплохо бы читателю ознакомиться с ней полностью. Благо она имеется в интернете. Но я взял оттуда крохотный отрывок, демонстрирующий умение Сталина быть лаконичным и владеть тонкой иронией.
«Говард:…Советский Союз в какой-либо мере оставил свои планы и намерения произвести мировую революцию?
Сталин: Таких планов и намерений у нас никогда не было.
Говард: Мне кажется, мистер Сталин, что во всем мире в течение долгого времени создавалось иное впечатление.
Сталин: Это является плодом недоразумения.
Говард: Трагическим недоразумением?
Сталин: Нет, комическим. Или, пожалуй, трагикомическим».
