В страхе за деньги или квартиру, а то и просто в надежде на благосклонность начальства доносили на родных, соседей и сослуживцев. Зато немалому числу людей служба в ГУЛАГе и на Лубянке создавала привилегированный образ жизни. В этой системе служил примерно миллион человек, вместе с семьями это несколько миллионов. А если еще учесть партийный и государственный аппарат и их семьи? Что же удивляться, если так много людей сегодня сопротивляется возвращению исторической правды?
В воронежском областном управлении НКВД соорудили дело о мнимой «контрреволюционной правотроцкистской организации», которая будто бы занималась диверсиями и вредительством и создавала повстанческие организации. По этому делу чекисты взяли руководящих работников обкома и облисполкома, практически всех ректоров высших учебных заведений Воронежа, директоров заводов, председателей колхозов. Массовые расстрелы проходили в лесу возле поселка Сормово.
Арестовали и первого секретаря обкома Евгения Ивановича Рябинина. 13 марта 1938 года Сталин распорядился:
«Бить вовсю Рябинина, почему не выдал Варейкиса (его предшественника на посту первого секретаря.
Чекисты доложили вождю, что указание выполнили, Рябинина избивали, нужные показания он дал. 21 апреля бывшего воронежского секретаря расстреляли. Арестовали и расстреляли работавшего на Дальнем Востоке крупного партийного работника Иосифа Михайловича Варейкиса, который когда-то помогал Сталину очищать партию от сторонников Троцкого.
Чистку в Воронеже проводил приехавший из столицы секретарь ЦК Андрей Андреевич Андреев. Его рвение объяснялось среди прочего и тем, что Андреев замаливал грех политической юности. Выступая перед военными, Сталин словно невзначай напомнил:
— Андреев был очень активным троцкистом в двадцать первом году.
Кто-то из сидящих в зале переспросил недоуменно:
— Какой Андреев?
— Секретарь ЦК, Андрей Андреевич Андреев, — как ни в чем не бывало пояснил Сталин. — Были люди, которые колебались, потом отошли, отошли открыто, честно и в одних рядах с нами очень хорошо дерутся с троцкистами. Товарищ Андреев дерется очень хорошо… Дзержинский голосовал за Троцкого, не только голосовал, а открыто Троцкого поддерживал при Ленине против Ленина. Вы это знаете? Он не был человеком, который мог оставаться пассивным в чем-либо. Это был очень активный троцкист, и все ГПУ он хотел поднять на защиту Троцкого. Это ему не удалось… Были люди, которые колебались, потом отошли, отошли открыто, честно и в одних рядах с нами очень хорошо дерутся с троцкистами. Дрался очень хорошо Дзержинский, дерется очень хорошо товарищ Андреев.
Вождь дал понять, что все, даже члены политбюро, самые проверенные люди, могут оказаться врагами, и он один имеет право карать и миловать.
В годы массовых репрессий военная контрразведка очищала армию от выдвиженцев Троцкого. В значительной степени это были военные профессионалы, бывшие офицеры, которых первый председатель Реввоенсовета привлек на сторону советской власти. Обвинение в троцкизме было равнозначно смертному приговору.
Нарком Ворошилов в марте 1937 года на пленуме ЦК говорил:
— Мы без шума, и это не нужно было, выбросили большое количество негодного элемента, в том числе и троцкистско-зиновьевского охвостья, в том числе и всякой подозрительной сволочи. За время с 1924 года, когда Троцкий был изгнан из рядов армии, мы вычистили большое количество командующего и начальственного состава. Пусть вас не пугает такая цифра.
Многолетний руководитель разведки Артур Христианович Артузов информировал наркома внутренних дел Николая Ивановича Ежова о донесениях закордонных агентов относительно антисоветской деятельности маршала Михаила Николаевича Тухачевского и о существовании в Красной армии троцкистской организации. Тем самым Артузов помог подготовить уничтожение командных кадров вооруженных сил страны.
Сталин подписывал одно постановление за другим:
«ЦК ВКП(б) получил данные, изобличающие члена ЦК Рудзутака и кандидата в члены ЦК Тухачевского в участии в антисоветском троцкистско-правом заговорщическом блоке и шпионской работе против СССР в пользу фашистской Германии. В связи с этим Политбюро ЦК ВКП(б) ставит на голосование членов и кандидатов в члены ЦК предложение об исключении из партии Рудзутака и Тухачевского и передаче их дела в Наркомвнудел…»
«Ввиду поступивших в ЦК ВКП(б) данных, изобличающих члена ЦК Якира и кандидата в члены ЦК Уборевича в участии в военно-фашистском троцкистско-правом заговоре и в шпионской деятельности в пользу Германии, Японии и Польши, исключить их из рядов ВКП(б) и передать их дела в Наркомвнудел…»
1 июня 1937 года в Свердловском зале Кремля заседал военный совет. К военным приехали члены политбюро — Сталин, Молотов, Жданов, Каганович, Калинин, нарком внутренних дел Ежов. Нарком Ворошилов зачитал обширный доклад «О раскрытом органами НКВД контрреволюционном заговоре в РККА». Сталин сразу же связал арестованных военачальников с человеком, которого ненавидел:
