В конце июня части РККА заняли боевые позиции на западной границе, сооружались новые аэродромы, увеличилась интенсивность работы военных заводов. Тухачевский приказывает советскому военному атташе в Берлине подготовить к отвлекающему удару из Германии на Польшу отряды «красных вооруженных сил».
Вообще, Тухачевский выступал за «превентивный удар по Польше», но это не отвечало реальному соотношению сил. Ктому же предчувствие войны, охватившее СССР, породило в политических и военных кругах ощущение приближающегося военного переворота. 1 мая 1927 года в газете «Правда» была напечатана статья бывшего генерала, преподавателя Военной академии А. Свечина «Военное искусство в будущей войне», в которой он оценивал варшавскую операцию Тухачевского как «злоупотребление революционными лозунгами». Это можно было объяснить так, что партийное руководство предупреждало военных от соблазна воспользоваться ситуацией.
Характерно, что издаваемый в Берлине «Социалистический вестник» (орган российских меньшевиков) писал о подъеме партийного и советского энтузиазма в Москве, который, сочетаясь с тревогой и паникой после убийства Войкова, побудил «сплотиться вокруг партии». Петр Струве в своей статье в «Возрождении» от 25 июня 1927 года обращает внимание на неожиданное проявление у советской молодежи сочетания «революционности и национализма с готовностью защищать строй и научить считаться с Россией».
С некоторым раздражением Струве отмечает: «Большевики раздувают и всячески используют этот советский национализм как некую силу, на них работающую, им союзную»173.
Струве почувствовал, что перехватывание Москвой патриотических настроений может выбить идейную базу из-под ног белой эмиграции.
Девятого мая Зиновьев, выступая в Колонном зале Дома союзов по случаю 15-летия газеты «Правда», заявил об огромных ошибках во внешней политике СССР в Великобритании, где советские профсоюзы поддерживали всеобщую забастовку, а также осудил работу Коминтерна в Китае. Он обвинил руководителей партии и Коминтерна в том, что они допустили переворот Чан Кайши.
Выступление Зиновьева передавалось по радио, его слушала вся страна.
Вскоре открылся VIII пленум Исполкома Коминтерна (18–30 мая). Он обсудил задачи Коминтерна в борьбе против надвигающейся войны, задачи коммунистов Англии, проблемы революции в Китае. 24 мая Сталин выступил с речью «Революция в Китае и задачи Коминтерна». Касаясь Троцкого и Зиновьева, он сказал: «Я должен сказать, товарищи, что Троцкий выбрал для своих нападений на партию и Коминтерн слишком неподходящий момент. Я только что получил известие, что английское консервативное правительство решило порвать отношения с СССР. Нечего и доказывать, что теперь пойдет повсеместный поход против коммунистов. Этот поход уже начался. Одни угрожают ВКП(б) войной и интервенцией. Другие — расколом. Создается нечто вроде единого фронта от Чемберлена до Троцкого.
Возможно, что нас хотят этим запугать. Но едва ли нужно доказывать, что большевики не из пугливых ребят. История большевизма знает немало таких „фронтов“.
История большевизма показывает, что такие „фронты“ неизменно разбивались революционной решимостью и беспримерной отвагой большевиков.
Можете не сомневаться, что мы сумеем разбить и этот новый „фронт“»174.
На следующий день в ЦК было направлено заявление, подписанное 83 оппозиционерами, включая Зиновьева и Троцкого. Они предъявили руководству партии обвинения по двум пунктам: ошибочная политика в Китае и в отношении британских профсоюзов.
Согласно письму причины ошибок кроются в теории построения социализма в одной стране, что «ускоряет рост враждебных пролетарской диктатуре сил „кулака, нэпмана, бюрократа“». Авторы заявления требовали созыва пленума ЦК, в противном случае собирались развернуть широкую дискуссию. Начался сбор подписей под заявлением.
Итак, всё снова завязывалось в узел. Плюс к этому — большие проблемы в деревне: крестьяне снова не желали продавать хлеб по заниженным государственным ценам. 28 июля, накануне открытия пленума ЦК и ЦКК, в «Правде» Сталин публикует «Заметки на современные темы». Он прямо говорит об угрозе новой войны. Его анализ международного положения принципиально важен, так как с этого момента вопрос соотношения сил и интересов крупнейших стран превратится для него в мучительную проблему. Он долго будет искать выход из замкнутого круга. В 1927 году выхода не было видно.
«…Передел мира и сфер влияния, произведенный в результате последней империалистической войны, успел уже „устареть“. Выдвинулись вперед некоторые новые страны (Америка, Япония). Отходят назад некоторые старые страны (Англия). Оживает и растет, все более усиливаясь, похороненная было в Версале капиталистическая Германия. Лезет вверх буржуазная Италия, с завистью поглядывая на Францию.
