В дальнейшем атомная проблема находилась в зоне повышенного внимания кремлевского руководства и разведки. Поэтому когда вопрос об атомной бомбе потребовал принципиальных решений, Сталин оказался к ним готов.
К началу 1941 года было изготовлено 11 ракетных установок, получивших наименование БМ-13 (боевая машина, снаряженная 132-миллиметровыми реактивными снарядами). Ее народное имя — «катюша», перекликающееся с удивительной песней на слова поэта Михаила Исаковского о девушке Катюше, обращающейся к своему возлюбленному:
Пятнадцатого июня 1941 года состоялся смотр новой техники Красной армии. В присутствии членов правительства и военачальников четыре БМ-13 дали ракетные залпы. Сталин санкционировал немедленное серийное производство «катюш». 21 июня, за день до начала войны, было принято решение о всемерном развертывании полевой реактивной артиллерии. 14 июля 1941 года первая в мире батарея полевой реактивной артиллерии капитана И. А. Флерова нанесла мощный удар по немецким войскам на железнодорожной станции Орша в Белоруссии391.
Но не надо обольщаться. Обеспечение РККА новой техникой накануне войны было не то что неудовлетворительным, а катастрофическим.
Так, по плану 1941 года намечалось выпустить танков «KB» и «КВ-2» — 1200, а «Т-34» — 2500, а в Красной армии с 1 марта формировалось 29 механизированных корпусов. При таком плане выпуска танков формируемые мехкорпуса могли быть укомплектованы танками «KB» и «Т-34» не ранее 1945 года392.
Маршал Захаров считал, что Генеральный штаб совершил большую ошибку: надо было формировать мехкорпуса исходя из реальных возможностей промышленности.
Советские ВВС, несмотря на увеличение выпуска новых самолетов в 1941 году, тоже только начали получать новые типы крылатых машин (Пе-2, Су-2, Ил-2, МиГ-3, ЛАГГ-3, Як-1). Из 348 авиаполков 106 находились в стадии формирования.
В первой половине 1941 года РККА находилась в стадии глубоких перемен и ее состояние, подчеркнем это, диктовало Сталину крайне осторожную политику.
Это же касалось и оборонительной линии («линии Сталина») вдоль старой границы 1939 года. Она состояла из двадцати одного укрепленного района (УР), ее называли несокрушимой и сравнивали с «линией Мажино».
Долгое время бытовала версия, что после переноса границы УРы были разрушены, а новые не успели построить, и якобы поэтому немецкие войска легко преодолели приграничную территорию.
На самом деле «линию Сталина» никто не разрушал. К 1939 году после инспекции Наркомата обороны и НКВД было установлено, что практически все доты, досы, орудийные капониры небоеспособны. Так, Берия сообщал Ворошилову 5 января, 17 января и 13 февраля 1939 года о вопиющих недостатках в строительстве оборонительных сооружений.
Тем не менее УРы были сохранены и некоторые в 1941 году оказывали серьезное сопротивление. (Карельский УР был ядром обороны Ленинграда с севера до 1944 года.)
В целом подготовка СССР к войне была еще очень низкой. Немцы знали об этом, но сделали из этого неправильные выводы.
Немцы многого недооценили. В битве титанов, какой еще не видел мир, они тоже были, признаем это, героями. Их героизм заключался в безумно дерзкой задаче, поставленной Гитлером, — завоевать мир. То, что он использовал для этого идейное оружие — идею национального превосходства, привело немцев к переоценке собственных возможностей. В координатах героического нацизма невозможно было победить мир.
Геббельс в дневниковой записи 10 августа 1940 года после просмотра советского фильма о Финской войне заметил: «Жалкое зрелище. Чистый дилетантизм. Сообщество недочеловеков». Однако 16 августа после просмотра фильма о красной спортивной олимпиаде в Москве он вдруг признает: «Он показывает живую и жизнерадостную Россию. Другое лицо большевизма. Большие организаторские способности. Большевизм всегда будет для нас загадкой»393.
«Сообщество недочеловеков» разбило сверхчеловеков — такова оказалась разгадка.
Вот как оценивала германская разведка подготовленность к войне советских ВВС. По итогам гражданской войны в Испании советские летчики характеризовались следующим образом: исключительная отвага и агрессивность над своей территорией и робость и неуверенность над вражеской; хороши в индивидуальных поединках, подготовка к боям в составе группы — недостаточна. В организации наземных служб и служб снабжения русские продемонстрировали замечательную смекалку, гибкость и умение маскировать военные объекты. «Жестокие и уверенные в себе по природе, они справлялись со многими трудностями».
Другими словами, немцы встретили не тех малоорганизованных храбрых «скифов», чей облик рисовал абвер.
