Дальше пришлось объяснять ему, какие у лечебных артефактов имеются противопоказания. Впрочем, 'душа' относится к рекомендованным для постоянной носки артефактам, потому-то и ценится всеми в Зоне и за её пределами. И хорошо, что я таскаю с собой запас всякого разного на всякий случай. Вот и пригодилось. Но про компенсирующие излучение других артефактов 'выверты' я Жеке 'забыл' рассказать. Если не дурак — со временем сам разберётся.
И после этого события он стал считать меня своим лучшим корешом, благо здоровье и хорошее расположение духа к нему быстро вернулось. А вот наблюдавший за всем этим цирком молодой парень Кондрат заметно приуныл. Наверняка ведь хотел тоже что-то для себя под шумок выжучить.
Пока пароль безуспешно подбирался, у меня образовалось свободное время. Жека свистнул своим корешам, и меня буквально завалили неисправным электронным барахлом. Помимо типичных наладонников, преимущественно отобранных у сталкеров и нуждавшихся в процедуре смены владельца, притащили множество электронных игрушек. Основные неисправности образовались из-за выжигавших входные цепи устройств перенапряжением негодных зарядных устройств и в результате варварской эксплуатации. Работа была простая и понятная, мешала только постоянная болтовня Жеки, который воспылал идеей привить мне любовь к блатной романтике.
Практически без остановок он экспрессивно травил бандитские байки, красочно рассказывая о том, как просто щипать жирных фраеров и красиво проматывать легко пришедшие деньги. Ибо, зачем ещё, спрашивается, жить? В его понятии, люди делятся на овец и волков. Овцы щипают травку, бизнесом там, каким занимаются, а волки стригут с них наросшую шерсть и режут на мясо, когда подойдёт должный срок. 'Старая овца шерсти маловато даёт, да на сторону постоянно смотрит, нужно своевременно освобождать поляну для молодых овечек', - вот буквально прямая цитата. Ещё есть 'мужики' — полезные волкам люди, к числу которых он относит меня и работавших на братву других мастеров.
Основным его занятием до прихода в Зону был рэкет и крышевание всяких предприятий, плативших бандитам за защиту от их же самих. Крови он не боялся, пострелять ему довелось. Разборки среди таких же любителей лёгкой поживы, устранение конкурентов подконтрольных предприятий и многое другое. Но меру знал, и причислить его к отморозкам и беспредельщикам — значит сильно обидеть. Порой с фатальными последствиями для обидчика. И вообще — 'за базаром положено следить, иначе быстро лишишься длинного языка'. В бандитской среде давно сложилась строгая иерархия и ответственность за её нарушение весьма серьёзная. Вот об этом он мне и втолковывал между рассказами о привольной бандитской жизни. Кому что можно говорить, а кому нельзя.
Я плохо понимал те мелкие отличия, на которые стоило обращать внимание, особенно учитывая мои личные принципы. И если раньше я бы скорее постарался избежать конфликта, то теперь приобрёл благодаря Зоне совсем иные привычки. Меня ещё нужно как-то суметь убедить договариваться полюбовно, а то ведь так и думаю оторвать потенциальным противникам дурные головёнки. Особенно агрессивным противникам, в число которых бандиты точно попадают. И Жека Цыган мою внутреннюю силу хорошо чувствовал, стараясь именно уболтать, заговорить, а не запугать и задавить, что для него более привычно.
Мне даже стало интересно — это его личная инициатива или его кто-то надоумил. Тот же Боров, например. Да, талант дипломатии у Жеки определённо присутствует. Умом природа его тоже не обделила. При желании он вполне готов воспринимать чужие аргументы и предлагать взаимовыгодные варианты возможного сотрудничества. Но и тут сама внутренняя суть 'истинного короля жизни' даёт о себе знать. Всех прочих, кто не таков, как он сам, он видит исключительно в подчинённом положении. Однако способен встраиваться в иерархию другого 'короля', имеющего больший вес. Временно, по его представлению, имеющего — это надо чётко понимать.
Однажды его банда пересеклась с интересами с пожелавшей влезть на украинскую территорию с грацией перекормленного бегемота транснациональной корпорацией. И если поначалу подельникам Жеки удалось крепко стукнуть шестёрок корпорации по выступающим местам, то после за них взялись всерьёз уже правоохранительные структуры государства. Угрозы и откупные в этот раз оказались бессильны, у корпорации банально было больше ресурсов на подкуп чиновников.
Со звериным чутьём у него всегда был порядок, потому вовремя поняв, откуда ветер дует, Жека вместе со своей бандой подался в Зону, где быстро поднялся до доверенного подручного самого Борова. Многие и до него пытались занимать эту хлебную и весьма почётную нишу, да быстро куда-то истрачивались, по словам Жеки. А вот он уже при авторитете второй год. Но пострелять и тут ему пришлось изрядно. В бандитской среде трусы и слабаки занимают лишь нижние этажи социальной пирамиды.
