'Дыхание Зоны' здесь стало заметно отчётливей, примерно как у нас на болотах, а потому можно смело устанавливать обогреватели на основе термических артефактов и генераторы электричества на артефактах электрической природы.
Раньше туда проходил электрический кабель из-за внешнего периметра, но теперь с той стороны его отключили. Однако оптический кабель специальной связи остался вполне действующим, и аппаратура на другой стороне отвечала на тестовые запросы. Оставалось лишь договориться с кем-то там о предоставлении бывшим воякам трафика интернета и телефонии.
О чём как раз и намекнули Сидорчуку пожаловавшие тёмные личности, передав приветы от его бывших покровителей. Хоть те и потеряли прежние должности и былое влияние, но сейчас желали снова вернуться в большую игру. А для этого им требовалось много всего, что может породить лишь только Зона.
Беглое изучение списка выявило и другой важный интерес. Если раньше они хотели лишь одни артефакты, то теперь в списках значилось много производимого в Зоне. Оружие, экипировка, специальная электроника.
Оплата предлагается не долларами, как раньше, хотя и ими тоже, но и золотыми инвестиционными монетами, оцениваемыми именно по их весу и актуальному на день расчёта курсу. Артефакты готовы выкупать решительно все, какие только мы готовы предложить и ещё аномальные материалы в любом количестве.
Вот лично нам от тех денег и золота слишком мало пользы. К чему они, когда потратить их на что-то более полезное мешает внешняя изоляция? О чём я прямо и рассказал Сидорчуку, чтобы он передал заинтересованной стороне. И если они сохранили хоть часть былого влияния, то пусть поспособствуют по этой части.
Но если это окажется выше их актуальных возможностей, учитывая, кто именно сейчас определяет политику вокруг Зоны, то мне бы хотелось получить реальный доступ к средствам массовой пропаганды во внешнем мире. Нам ему тоже хочется многое рассказать.
И нас не устроят быстро удаляемые короткие ролики на всем известной площадке, мы хотели бы полноценных телепередач, где журналисты пытаются докопаться до реальной правды, каковой бы она только ни была.
Причём, журналисты из разных стран, особенно из тех, где сейчас нагнетается максимальная истерия с целью спихнуть все проблемы мирового кризиса на злосчастную Зону и обитающих в ней сталкеров, словно именно она и они во всём только и виноваты.
Да и рассказать всему миру о том, что его вскоре ждёт, определённо стоило. И пусть все предупреждения будут мировым сообществом полностью проигнорированы, но так моя совесть будет чиста. Я сделал всё, что только смог.
— Ты хочешь, чтобы у меня испортился цвет лица и навсегда пропало желание? — Изумлённо спросила меня обнаженная Вика, после того как я рассказал ей о том, что бы я хотел от неё получить.
И даже то, что она мною перед этим полностью удовлетворилась, не отбило у неё критического восприятия.
А хотел я от неё ни много ни мало, а организовать и возглавить нашу новую информационную службу. Вряд ли мы сможем потягаться с 'Долгом' в эксплуатации образа мужской брутальности. Хоть и есть среди нас вполне выдающиеся внешне личности, но стоит реально оценить наличные возможности. Зато мы заметно выигрываем по числу примкнувших к нам лучших представительниц человечества. Да и по их внешним качествам тоже.
А ещё стоило учесть, что именно женщины больше и чаще смотрят телевизор. Про их возможности намекнуть мужчинам о чём-то важном и интересном можно и не упоминать. Недаром говорится в народе — 'мужчина голова, а женщина — шея. Куда шея повернёт, туда голова и посмотрит'. Идея привлечь на нашу сторону именно женские массы естественно напрашивалась сама собой. Раз так, то и показывать и рассказывать о сталкерской жизни и их суровом быте должны именно женщины, чтобы заинтересовать других женщин.
— Где мне взять другую опытную журналистку? — Я умоляюще посмотрел на близкую подругу. — Кто сможет убедительно донести и показать остальному миру нашу позицию. Заставить увидеть в нас не изменённых Зоной кровожадных монстров в человеческом облике, а таких же обычных людей. Которые просто выживают здесь, как только могут. Пойми меня — 'информационная война' — это тоже война. И заведомо проиграть её, просто не явившись на поле битвы, мы не имеем морального права. И кто ещё только может поведать миру о грозящих ему глобальных изменениях? — Я картинно выгнул бровь. — Причём, рассказать исподволь, прямо ничего не рассказывая, иначе это будет воспринято политической угрозой. Заинтересовав, показать базовые основы выживания в опасной среде. Только так мы сохраним множество жизней и поможем другим принять нас в качестве возможных спасителей, а не смертельных врагов, из-за подлости которых всё плохое и произошло.
Да, внутри у меня нет ни малейших сомнений, что именно нас и назначат на роль абсолютного зла, однако есть и остаточная надежда на остаточное благоразумие. И на отдельных благоразумных людей, кому стоит существенно повысить шансы на выживание при последующих изменениях.
