А мы тех мужиков дополнительно припугнём, теперь знаем, где примерно искать их схрон. Лариса говорит — 'Синдикат' хочет провести большой отряд от реки к 'Полям цветов', вроде бы где-то появилась новая тайная тропа. Вот и хотят взять в оборот тех, кто по ней уже ходил и о том случайно проболтался их информатору. Нам они теперь тоже стали интересны. Наша группа захвата уже в пути и успеют к месту точно раньше синдикатовцев. От реки к той условной точке схрона ведь ещё пробраться нужно. На обратном пути могут чуток пошалить, а то оставили мы тот край карты без пристального внимания. Вот там всякая плесень и завелась. Пора выкорчёвывать!
Следующим пунктом важных дел стояло посещение Бара. Генерал Воронин прислал мне сообщение с предложением срочной встречи. Дело секретное и крайне важное. Пока я общался с британцами, к нам прибыл поправивший здоровье долговский контролёр. До нормальных кондиций ему, впрочем, ещё далеко, успеет отъесться в процессе обучения. Его сразу же взял в оборот наш главный безопасник Михась, а Лариса скрытно вложит ему самораспаковывающийся по мере обретения практического опыта пакет специфических знаний. Перспективы у ещё относительно молодого мужчины просто великолепные. Во время постоянной борьбы с мутагеном зомби он сумел изрядно прокачать себе мозги, сохранив при этом остаточную человечность.
— Как ты сейчас относишься к тому, что пообещал нам тогда московский гость? — Спросил генерал Воронин, когда мы остались с ним наедине в его рабочем кабинете.
Провели меня к нему практически сразу, как только прошло сообщение о моём появлении. Генерал явно отложил другие дела, да и выглядел он заметно уставшим. В мыслях и эмоциях творится жуткая мешанина. Что-то в его хозяйстве опять пошло наперекосяк. Обычно же он всегда оставался подчёркнуто спокойным, даже когда ситуация совсем не способствовала спокойствию. Редкое свойство, которому можно только позавидовать. Действительно плохо дело.
— Я не верю ему ни в одном слове, — ответил генералу, тот облегчённо выдохнул, и чуток успокоился.
— Зато верят другие… — Воронин скривил лицо. — Из-за той проклятой встречи в 'Долге' скоро всё поменяется. Наверное, стоит начать рассказ сильно издалека, вернувшись во времена нашего первого появления в Зоне, — генерал явно собрал последние моральные силы для долгого рассказа. — Ты ведь уже знаешь нашу официальную версию истории? — Он поднял на меня взгляд.
— И часть не совсем официальной истории тоже… — кивнул ему, показав желание слушать. — Разве только остаются вопросы, когда именно вас сюда закинули. До 'Второго взрыва' или сразу же после него.
— Незадолго до него, — тяжко выдохнул Воронин, воспоминания были не из приятных. — Если бы у нас тогда получилось выполнить приказ, никакого 'Второго взрыва' не было бы. Увы — мы опоздали. Удалось пробиться до самой станции практически без потерь, сопротивление немногочисленной охраны было слабым, вот там-то нас и накрыло… — ещё один тяжелый вздох. — Хорошо ещё мой второй зам Петренко имел звериное чутьё. Примерно за пару минут до того 'Взрыва' он почувствовал неладное. Самая первая вспышка над четвёртым энергоблоком всего лишь ослепила. Я успел отдать приказ искать любые укрытия, ожидая последующих ударов. Мне и всему отряду управления, связистам и резервной боевой группе повезло забраться в подвалы административного корпуса, когда всё окружающее пространство резко содрогнулось. Успел даже подумать про ядерный взрыв, после чего потерял сознание.
Да уж, вот 'повезло' им тогда угодить под самый первый аномальный выброс. Да ещё практически в самом эпицентре. Выходит — 'Долг' здесь самая первая группировка. Остальные появились сильно позже.
— Не хочу рассказывать о том, как мы позже искали выживших и хоронили павших, после того, как нам сообщили, что воздушной эвакуации не будет. Нам предлагали эвакуироваться самостоятельно, и никто тогда ещё не подозревал о том, что 'удары', мы их сейчас называем выбросами, будут продолжаться, постепенно увеличивая свою разрушительную силу. Что со вторым 'ударом' появятся первые аномалии и о том, что все те, кто остался от нашей группы тогда оказались полностью заблокированы здесь на территории бывшего металлургического завода. Хочу рассказать, что только здесь я узнал, как на самом деле устроена российская власть, да и власть в других странах тоже. Наверное, ты помнишь разговоры про капитализм, социализм и коммунизм? И про то, что социализм вдруг оказался совершенно неэффективным, сменившись более прогрессивным капитализмом? — Я кивнул. — Так вот, сменился он не капитализмом, а самым настоящим феодализмом в современной обёртке, — огорошил меня генерал. — Страна снова разделилась на господ и рабов, которые почему-то до сих пор считают себя свободными… — он замолчал, а я серьёзно призадумался.
