- Ни за что не цапнулась?
- Мм..., - мыкнула она в непонимании.
- Дай, гляну.
Паха заставил показать ладони, растопырить пальцы. Поддернул тельник и куртку повыше. Лишь потом содрал последний слой полиэтилена.
- Одна-две ерунда, - успокаивал Паха. - Вот когда их десяток и больше. Кровью истечешь. Не свертывается. Хоть прижигай, хоть зашивай. Только укус вырезать...
Паха покрутился, осматривая свои худые ноги. Потер под коленом.
- Сами по себе кровососы не особая беда. А вот караг... Паразит на них. Вот это хрень полная. Доведется, покажу, что бывает с теми, кто его подцепил.
- Как Рэнс? - спросила она, вспоминая червей во рту тюхалы.
- То не караг. Рэнс просто счастливчик, легко отделался.
Обтеревшись пучком травы, Паха привел себя в порядок. Глянул на топчущуюся в нерешительности Чили. Она не осмеливалась что-либо предпринимать. Можно ли одеваться? Лишь отпустила узел куртки, немного прикрыться подолом.
Вряд ли из сочувствия, Паха полез в понягу и достал какую-то тряпку. Скомкал и кинул Чили. Та подхватила, расправила. Мужские хэбэшные трусы.
- Надевай. А то спаришь синтетикой свое бритое богатство.
- Это что ли одевать? - возмутилась Чили. На счет спаришь прав! Углядел все-таки бесстыжая морда!
- А что такого? Они чистые, - искренне недоумевал Паха.
- Они мужские, - с сарказмом ответила она. - Если ты не в курсе.
- Так шорты вроде тоже не для женщин придумывали, - ответствовал он.
Пришлось распрощаться с секси-туалетом и напялить широченные мужские труселя. Футболистка прямо!
Едва успела надеть штаны и зашнуровать берцы - визитер. На противоположный берег, откуда они переправлялись, выбрался динго.
- Смотри! - попятилась Чили.
Здоровенный пес сунулся к воде. Не лизнул и лап не замочил, принюхался.
- Не дурак, - одобрил Паха осмотрительность зверя.
Пес отошел от берега, словно для разбега.
- Прыгнет! - предупредила Чили.
Пахе не до пса. Достал сверток с лягушкой, несколько раз ткнул ножом. Запихал под тряпку камень потяжелей и зашвырнул в воду.
- Теперь точно нет. Ни он, ни они.
Чили вначале не поняла, о ком Паха толкует. Но меньше чем через минуту на берегу уже кружило больше десятка псов. Крупных, хищных, агрессивных, рыкающих.
- У тебя же автомат! - удивилась Чили бездеятельностью Пахи.
- В них стрелять себе дороже. Всех не положишь, а там дальше... - Паха сдержал жест не показать где, - переправиться смогут. Знаешь как? Своего в воду загонят и по нему, как по камушку прыг-прыг. А так глядишь отстанут.
От берега по руслу ручья, как по аллеи. Сверху нависает серебро тополей, с боков тянуться ивы, под ногами камни и хиленький поток.
- Если шишка вздуется или чесаться начнет, сразу говори, - на ходу устрожал Паха спутницу.
Чили промолчала. Экономия дыхания и сил. Ей все время хотелось оглянуться.
- До леса дойдем, отдохнем, - пообещал Паха. - Километра четыре будет.
От ручья в каменистую балку. Из балки к околкам черемух, к заброшенному водоотводному каналу.
Когда вышли к лесу Чили расстроилась. Лес ей представлялся темно-зеленым, мрачным, тревожным. Стонущим от ветра и дождя. Как в ,,Рэмбо. Но на небе ни облачка. Кругом светлые березы и осинки. Сам лес напитан солнцем и птичьим гомоном. Несерьезный лес. Не чувствуется в нем остроты бытия и конфликтности.
Паха управлялся с костром. Воду во фляжке сунул прямо в пламя.
- Закипит, чайку сварганим.
Повесил котелок, отмерил из другой фляги воды.
Такой суп и дурак сварит. Бах сублимированной гречки, швырь соли, сыпь перцу! Потом извлек берестяной туес. Отнял крышку и влил в готовку темной жидкости с порезанными вроде как грибами.
Чили варево понравилась с первого хлебка. Еда пахла дымком, приятно обжигала и, не смотря на скудность ингредиентов, вкусная.
- А что за грибы? - подцепила она коричневую дольку.
Дома, в тоннелях, грибы тоже выращивали. Пахли они не столь ароматно, вкусом были бедней.
- Грибы и грибы, - увильнул Паха от прямого ответа.
- Ой, ли? - пристала Чили. В силу любопытства и вредности характера.
- Не отвлекайся. Когда я ем, то глух и нем? Не слыхала такую пословицу?
- Детский сад не разводи, взросленький вроде. За голыми девочками подглядываешь.
Паха покачал головой. Вот наказанье-то. Не переспорить, языкатую.
- Думаешь, вкуснее будет?
- Может и будет, - не отступалась Чили. Во всем надо идти до конца! Так учила их преподаватель биологии, а весь класс понимающе хихикал.
- Семенники это. Петушиные.
Через два черпка девушка отложила ложку.
- Аппетит пропал? Знал бы, раньше сказал, - сокрушался Паха, хлебая суп. - А то одна юшка осталась.
Чили изобразила кислую улыбку. А мне по барабану! А мне хоть бы хны!
- В следующий раз глаза тебя завяжу, - пообещал Паха. - Вопросов много задаешь. На ощупь есть будешь. Мимо рта ложку, небось, не пронесешь.
По окончанию обеда - обязательная веточка полыни.
- Я от нее через час есть хочу, - пожаловалась Чили.
- И хорошо. Голодный быстрее шагает.
В лесу жара не так чувствуется. Тень, ветерок, от травы сыростью тянет, прохладой. Чили подсунула рюкзак под спину.
