Хитрые вильдеры и не менее хитрые мароманны под прикрытием дактианцев подошли вплотную к базе и уже из мертвой для ее оборонительных систем зоны принялись штурмовать фланговые блоки-бастионы. Этому пытались помешать космодесантники, но без подсказок заигравшегося в героя-одиночку командира бойцы никак не могли наладить нормальное взаимодействие и атаковать противника слаженно, грамотно, эффективно.
Более-менее толковая работа шла в районе центральных ворот базы, там боевыми действиями руководил Бруно, но старый вояка тоже не мог объять необъятное. Все, на что хватило его квалификации, – удержать главный бастион, в котором находились казармы, арсенал и пункт управления оборонительными системами. Два других бастиона горной крепости оказались брошенными на произвол судьбы. И она распорядилась ими по-своему. Инженерный блок судьба отдала вильдерам, как они и просили, а лабораторный – мароманнам. Причем ни те ни другие не приложили особых усилий, чтобы проникнуть в бастионы. Вильдеры тупо вынесли кусок стены, раскрошив его из пулеметов, а мароманны взобрались по отвесным стенам на крышу и взломали вентиляционные шахты, которые транзитом через все ярусы бастиона вели прямиком в лаборатории на подземном уровне.
Сайрус сделал пару шагов, пошатнулся и едва не упал, так вдруг закружилась голова (но явно не от успехов). Хорошо, что поблизости оказался бионик-«гепард», который услужливо подставил командиру спину. Рем запрыгнул на бионика и направил его к центральным воротам. Легкой рысью. Спешить теперь было некуда…
…Очутившись в главном блоке, Сайрус снял шлем и маску, вытер ладонью пот со лба и окинул взглядом видимое внутреннее пространство базы. Захват противником двух блоков на периметре пока никак не сказался на обстановке внутри базы. Суетилась только охрана, перекрывая подходы к восточному и западному бастионам изнутри периметра, да еще нервничали биоинженеры, которые не успели эвакуировать из лабораторий под восточным блоком все экспериментальные образцы.
Если не принимать всерьез эти два момента, результат был положительный. На текущий момент дактианцы все-таки формально побеждали. Но Рема охватывали двоякие чувства. В первую очередь странным было ощущение этой победы. Она вроде бы и имелась, но в то же время ее можно расценивать как чистейший проигрыш. Ведь получалось, что все добились, чего хотели, – проникли на базу. И даже в какой-то мере могли гордиться своими достижениями – в смысле, захваченными позициями. Маритта захватила блок управления инженерно-техническими системами – очень важную часть базы, а Сайрус сохранил контроль над военной частью объекта, что давало ему тактическое преимущество и позволяло утверждать, что база под его контролем. Но фактически успеха добился лишь Хауэр, хотя, возможно, он этого и не осознавал.
Ведь именно лаборатории, в которых он теперь хозяйничал, были главным секретом Эпсилона-13. Ради охраны именно этих научных модулей базы ей и обеспечили особо надежную, как это представлялось страткому, охрану из элитных диверсантов. И вот вам результат. Элита слила свою боевую задачу в сточную яму. Упс.
Говорят, двадцать один – счастливое число. Три семерки, карточное «очко» или, как грубовато шутили бойцы, количество пальцев у мужчины. Но Хауэру, когда он понял, что в строю теперь только двадцать робокригов и воинов, включая доктора Бозе, плюс сам командор, стало не до шуток. Без потерь войны не бывает, это понятно, только легче от этого понимания Максу не становилось. За несколько часов сумасшедшего рейда на Терранову командор потерял две трети личного состава своей штурмовой группы. Бывали в его карьере дни похуже, почернее, но тогда Хауэр и его бойцы хотя бы понимали, что происходит. А тут… они весь рейд бились фактически за право на жизнь, а не ради выполнения какой-то боевой задачи. Какого дьявола надо было бросать штурмовиков в болото стратегических игр генштаба и разведки? Почему именно их, а не специально обученных людей? И, главное, почему им никто не приходил на выручку?
Такого дерьма – чтобы забросить группу в тыл врага и забыть о ней – в армии Маробода отродясь не бывало. Значит, все было сделано намеренно? Но кем? Да, да, Хауэр помнил свои размышления и даже уверенность, что все устроил засевший в штабе предатель, крот и что именно он не разрешает отправлять к Хауэру подкрепление. Но какие цели он преследовал, на кого работал? Макс обещал самому себе и доктору, что в Эпсилоне-13 найдет все ответы, но пока он нашел только новые вопросы.
