Напряженно работал штаб армии под руководством не знавшего устали генерала В. Н. Баскакова. Он занимался решением массы вопросов, связанных с боевой подготовкой личного состава частей и соединений, подвозом боеприпасов, продовольствия, горючего и смазочных материалов, анализом данных о противнике.
Особое внимание уделялось завершению ремонта танков. Каждый день генерал С. А. Соловой докладывал мне, сколько и каких отремонтировано боевых машин, а начальник штаба армии - о прибытии свежих маршевых танковых рот. К 30 июля армия имела уже 503 танка и 40 самоходно-артиллерийских установок.
- Приятно, товарищ командующий, - с явным удовольствием говорил В. Н. Баскаков, - когда видишь по-боевому настроенных танкистов и еще пахнущие свежей краской прибывающие танки.
Как-то в штаб не вошел, а будто влетел крайне возбужденный командир 29-го танкового корпуса генерал Кириченко.
- Безобразив! Волокита! - бушевал он.
- В чем дело? - как можно спокойнее спрашиваю генерала.
- Да этот непробиваемый, как его, упрснабрембронь задерживает мне ремонт танков. Начштаарм, говорит, установил очередность... - И, круто повернувшись к генералу Баскакову, Кириченко с укором спросил: - Что же это получается, дорогой Владимир Николаевич? Как в бой - так в первую очередь! А тут в последнюю...
- Успокойся же ты, Иван Федорович. Завтра, а может, и сегодня вечером приступят к ремонту и твоих танков, - пообещал Баскаков.
- Ну я заседлаю его и не слезу, пока не закрутят последнюю гайку! - вихрем сорвался с места Кириченко, имея в виду начальника управления бронетанкового снабжения и ремонта генерала С. А. Солового.
Мы рассмеялись, глядя вслед чересчур распалившемуся комкору. Нравился он нам - волевой, лихой, напористый, многоопытный.
Прибыл из 29-го танкового корпуса член Военного совета генерал П. Г. Гришин, рассказал, что танкисты деятельно готовятся к боям. Только за один вчерашний день в корпусе восстановлено 20 танков. Политотдел корпуса развернул активную партийно-политическию работу. Не отстают и комсомольцы. Идет прием в партию и в комсомол, восстанавливаются численно и укрепляются партийные и комсомольские организации.
Петр Григорьевич похвалил коллектив редакции армейской газеты "На штурм" во главе с подполковником Л. В. Смирновым. Газета держала бойцов и командиров в курсе всех важнейших событий на фронтах, в стране и за рубежом, публиковала волнующие информации о героях боев, пропагандировала опыт мастеров военного дела. Особое внимание уделяла воспитанию гвардейцев на славных боевых традициях Красной Армии, в духе беспредельной любви к нашей Родине и ненависти к фашистским захватчикам.
* * *
В конце июля была получена директива командующего Воронежским фронтом на предстоящую наступательную операцию. 5-я гвардейская танковая армия вместе с 1-й танковой армией включалась в состав подвижной группы фронта. Нам предстояло войти в прорыв в полосе 5-й гвардейской армии генерала А. С. Жадова и, действуя в направлении Бессоновка, Уды, Золочев, Олынаны, разгромить противостоящего противника, к исходу первого дня наступления войти в районы Орловка, Щетиновка и Бессоновка. Через три дня операция должна была завершиться выходом на рубеж Ольшаны, Люботин и перехватом дорог, идущих с запада к Харькову. Начало наступления намечалось на 3 августа 1943 года{46}.
В. Н. Баскаков вызвал начальника оперативного отдела гвардии подполковника Ф. М. Белозерова и начальника разведки армии майора Ф. Я. Митина. Первым был заслушан Митин. Он доложил данные о противнике, имевшиеся в распоряжении разведывательных органов штаба фронта и армий.
На белгородском направлении оборонялись войска все тех же 4-й немецкой танковой армии и оперативной группы "Кемпф", но уже в ослабленном составе. Гитлеровцы вынуждены были спешно снять ряд дивизий с белгородско-харьковского направления и перебросить их в район Орла, а частично - в Донбасс. Однако переброску этих сил противник пытался компенсировать всемерным укреплением и глубоким эшелонированием своей обороны. Главная ее полоса состояла из двух позиций глубиной 6-8 километров, вторая проходила в 12-15 километрах от переднего края и включала одну позицию, глубина которой составляла 2-3 километра. На каждой позиции были оборудованы с присущей немцам скрупулезностью опорные пункты и узлы сопротивления, соединенные между собой траншеями полного профиля. Кроме того, имелась промежуточная позиция, а все подступы к переднему краю и промежутки между опорными пунктами прикрывались рогатками, эскарпами, ежами, минновзрывными заграждениями.
Проанализировав обстановку, силы и характер обороны противника, я решил вводить армию в прорыв в двухэшелонном построении, имея в первом эшелоне 18-й и 29-й танковые корпуса, во втором - 5-й гвардейский Зимовниковский механизированный корпус. В резерве оставались части отряда генерала К. Г. Труфанова. Командирам корпусов были отданы предварительные распоряжения о подготовке к операции и разработке своих решений.
