Впрочем, «здесь и сейчас», на выходе из пролива Босфор в Черное море, схема боя была несколько упрощена: командование британского флота сочло, что после потери «Террибла» рисковать оставшимися крейсерами опрометчиво, тем более, что броненосный «Кресси» на замену неудачливого флагмана из Метрополии еще не прибыл. И когда канонерки Черноморского флота начинали обстрел британских тральщиков, с каждым разом все более эффективно благодаря растущему опыту комендоров и дальномерщиков, на парирование русской угрозы выходили броненосцы.
Увы, канонерки московитов, перевооруженные на сорокапятикалиберные шестидюймовки, и с увеличенными углами вертикальной наводки, вели огонь с тех же шестидесяти кабельтовых, что и британцы. А учитывая, что броненосцы вынуждены были держаться минимум на полмили позади трального наряда, огонь русских по тральщикам был не в пример точнее атак «Маджестиков» и «Адмиралов». Собственно говоря, огонь британских броненосцев был не эффективен вообще. Исполняющий обязанности командующего Черноморской эскадры англичан сэр Комптон Домвил второй раз запросил подкрепления взамен потопленных тральщиков и переоборудованных миноносцев, тогда как моряки безумного русского императора потерь, казалось, не имели вовсе.
Даже лихой рейд британских истребителей, пытавшихся торпедировать «Терца» и «Кубанца», пройдя прямо над минами, не принес успеха: русские коварно выставили в заграждении часть мин с меньшим заглублением, чем обычно. Новейший «Мирмидон» подорвался и мгновенно затонул, а форсировавшие заграждения «Саксесс», «Спайтфул» и «Петерел» были встречены находящимися в прикрытии новейшими минными крейсерами русских «Алмазом» и его систершипом «Ониксом». Для только что построенных двадцатипятиузловых русских турбинных «истребителей истребителей» это был первый боевой выход. Британцам повезло, что «Саксесс» с «Петереллом» ухитрились вернуться, преодолев минные заграждения в обратном направлении. А вот «Спайтфул» стал жертвой ужасающих германских стопятимилиметровок Круппа. Их на каждом из охотников было не менее десятка.
А потом пришел ОН.
Русский броненосец «Князь Потемкин», несмотря на серьезные дефекты башенной брони, имел возможность вести огонь на девяносто кабельтовых. Оснащенная двумя огромными дальномерами «чертова хижина» на месте фок-мачты позволила ему уже третьим залпом с этой непредставимой доселе дистанции накрыть, а седьмым, девятым и десятым — поразить корабль Его Величества «Энсон» почти точно между труб. В итоге старый броненосец лежал на мелководье у европейского берега пролива бессмысленной грудой железа. На следующий день далеко за линией заграждений показались древние «Екатерина» и «Чесма» с новыми девятидюймовками на борту. В результате двухчасовой стрельбы по неподвижной мишени с невероятных ста десяти кабельтовых боевая ценность заслуженного броненосца была низведена до уровня металлолома.
Сэр Комптон опустил бинокль.
Чертов «Потемкин» в сопровождении также переоснащенного на дальнобойные девятидюймовки броненосца «Двенадцать Апостолов» маячил на горизонте. Канонерки, минные крейсера и истребители русских крейсировали на пару миль ближе, будучи готовыми воспрепятствовать любым попыткам Флота Его Величества протралить проход, затем войти, наконец, в Черное Море и наказать зарвавшихся варваров, высадивших десант в тылу турецких войск при поддержке «Екатерины» и «Чесмы» и взявших Зонгулдак — главный источник угля Оттоманской Империи. При этом огонь броненосцев, как и во время атаки главной базы союзного японского флота, корректировался с висящего над береговыми батареями дирижабля. Адмирал Чухнин, формально не нарушая Гаагскую Декларацию «О недопущении метания снарядов и взрывчатых веществ с воздушных шаров или при помощи иных подобных новых способов», достиг просто ужасающей эффективности в подавлении артиллерии турок. Если не предпринять срочных мер, то и босфорским батареям грозит нешуточная опасность…
Впрочем, армия русского императора, ряженая под курдов, и так продвигается вдоль южного берега Черного моря при поддержке десантов наподобие Зонгулдакского, и через несколько месяцев сможет штурмовать батареи уже с суши…
Сэр Комптон устал терять корабли и моряков. Ему нужны были подкрепление, уголь и снаряды, а главное — Джекки Фишер. Тот самый Фишер, чуть ли не единственный в британском флоте, способный вдохновить моряков на решительные усилия, на прорыв, невзирая на потери.
Многократно уступая эскадре Его Величества, Черноморский флот русских умело отсиживался за минными банками.
Чертовы мины.
Чертов «Потемкин».
Чертовы политиканы, раздергавшие флот Владычицы Морей по полудюжине театров.
Чертова пошедшая вкривь и вкось война.
Днём ранее, поместье Рокфеллеров Kykuit.
—Не смущайтесь, Джон, не останавливайтесь и не обращайте на меня особого внимания, — улыбнулся Рокфеллер, разливая крепчайшее кофе по крохотным чашечкам. — Мне, как хозяину, полагается ухаживать за моими гостями, не дожидаясь, когда это сделает прислуга.
