В настоящем сборнике представлены три наиболее известных романа американского писателя-фантаста Гарри Гаррисона, составляющих серию «Стальная крыса». Все три романа объединены одним героем и выдержаны в духе увлекательнейшего остросюжетного фантастического детектива с погонями в космосе, стрельбой из сверхмощного оружия и приключениями героев на неведомых планетах.
Когда дверь офиса внезапно открылась, я понял, что игра окончена. Это было выгодное дельце, но ему пришел конец.
Я встретил входившего полицейского, сидя в кресле, изображая на лице счастливую улыбку. Он шел тяжелой походкой с обычным для всех них угрюмым выражением лица и тем же самым отсутствием юмора.
Еще до того, как он открыл рот, я уже знал, что он скажет.
– Джеймс Боливар ди Гриз, я арестую вас по обвинению…
Я ждал слово «обвинение», именно это слово Когда он произнес его, я нажал кнопку, соединенную с зарядом черного пороха в патроне.
Заряд взорвался, освободив защелку, и трехтонный сейф рухнул на голову полицейского. Он сделал из него кашу. Когда осело облако штукатурки, я увидел только одну слабо шевелившуюся руку. Она подергивалась до тех пор, пока не зафиксировала указующий перст, направленный на меня. Его голос был слегка приглушен сейфом и звучал раздраженно отрывисто.
Он бубнил:
– …по обвинению в нелегальном въезде, краже, подлоге…
Он долбил и долбил монотонно, это был бесконечный список, но я уже все это слышал раньше.
Я переложил все деньги из ящиков письменного стола в кейс. Список закончился новым обвинением, и мне послышались нотки обиды в его голосе.
– Ко всему прочему вам добавляется обвинение в нападении на полицейского робота. Это бессмысленно, так как мой мозг и гортань бронированы, а в моей средней секции…
«Что я знаю точно, Джорж, так это то, что маленький двусторонний передатчик расположен у тебя на макушке, а мне так не хотелось бы, чтобы в данный момент ты обратился бы к друзьям».
Один хороший пинок отодвинул потайную панель в стене: открылся доступ к ступеням. Когда я обходил груду штукатурки на полу, пальцы робота рванулись к моей ноге, но я ждал этого, и ему не хватило пары дюймов. В своей жизни я не раз встречался с полицейскими роботами и отлично знал, что они практически неразрушимы. Вы можете бить их сверху, взрывать снизу, а они тащатся за вами, подтягивают себя, если остался целым хотя бы один палец, и непрерывно изливают на вас целые ушаты сахариновой морали. Вот это сейчас и делалось. Он разобрал всю мою преступную жизнь и цену моего долга обществу и тому подобное. Я слышал эхо его голоса в лестничном пролете даже когда достиг подвала.
Сейчас на счету была каждая секунда.
У меня было около трех минут до того, как они сядут мне на хвост, и не более одной минуты и восьми секунд, чтобы прокинуть здание. Еще один пинок, и открылся проход в комнату без таблички и номера. Ни один из роботов и не взглянул, как я спускался вниз. Я бы страшно удивился, если бы это было не так. Все они были устаревшего М–типа, со слаборазвитым мозгом, пригодные только для простой однообразной работы. Им было абсолютно все равно, зачем они сдирают наклейки с заполненных консервных банок, и что находится на другом конце конвейера, который доставлял эти банки через стену.
Они не подняли взгляды даже тогда, когда я открыл Дверь Которая Никогда Не Открывалась, ведущую за стену. Я не стал ее запирать, так как сейчас всякие секреты уже не имели смысла.
Двигаясь вдоль грохочущего конвейера, я прошел через грубую дыру, которая была пробита мною в стене правительственных складов. Я и конвейер сам установил, и дыру сделал, конечно, нелегально.
В склад вела еще одна дверь. Автопогрузчик деловито накладывал банки на ленту конвейера, выгребая их из огромного контейнера. Этот со своими минимозгами не тянул даже на робота. Я обошел его и помчался вниз по проходу. Звуки моей подпольной деятельности замирали за моей спиной. Я улыбнулся от приятных воспоминаний.
Это был один из моих чудесных маленьких рэкетов. За небольшую сумму я арендовал склад, который примыкал к правительственным складам. Простая дырка в стене и я получил доступ к целому ассортименту разнообразных товаров, которые, как мне было известно, в таких больших складах не трогались месяцами, а то и годами. Не трогались, разумеется, пока меня не было.
После пробития дыры и установки конвейера все остальное было делом техники.
Я нанял роботов сдирать старые наклейки и лепить новые, которые я отпечатал.
Торговал я совершенно легально. Мой ассортимент был наилучшим, а цены, естественно, очень низкие. Я мог позволить себе продавать дешевле конкурентов и получать тем не менее значительную прибыль.
Местные оптовики быстро поняли свою выгоду, и я имел заказы на месяц вперед.
Это была отличная операция, и она могла бы еще длиться долго.
Я быстро подавил в себе этот поток мыслей. Одним из основных правил моего бизнеса было, что если операция закончена, значит – ЗАКОНЧЕНА! Искушение потянуть еще денек или получить еще по одному чеку могло быть губительным. Ах, как хорошо я это знал! Я знал также, что это наилучший способ познакомиться с полицией.
