Стальное Сердце полностью

— Слонце, — выругалась она на меня. — Его чувство опасности ослабляется, когда ты ему нравишься. Так что, если он не решит, что ты намного привлекательнее меня, то ничего не выйдет.

«Да уж», — подумал я. Это проблема.

— Нам надо… — начала Меган, но тут же прервалась, на бегу поднося палец к уху. — Нет! Я сделаю это! Мне плевать, что они близко!

Я понял, что они пытаются ее вытащить. Должно быть, уже скоро прибудут Силовики.

Какой-то бедолага водитель, скорее всего направлявшийся в местный клуб, свернул перед нами за угол. Машина с визгом остановилась, когда перед ней возник Везунчик, бегущий прямиком к следующему переулку, который вывел бы его к более оживленным улицам.

У меня возникла идея.

— Держи, — сказал я, бросая винтовку Меган. Затем выхватил запасную обойму и также бросил ей. — Стреляй в него и постарайся притормозить.

— Чего? — спросила Меган. — Ты кто такой, чтобы командовать…

— Давай! — сказал я, тормозя юзом возле автомобиля и распахивая пассажирскую дверь. — Вылазь! — крикнул я женщине за рулем.

Невольный свидетель, она выбралась из машины и поспешила прочь, оставив ключи в замке зажигания. В мире, полном Эпиков, имеющих законное право воспользоваться любым транспортным средством, каким заблагорассудится, мало кто задает вопросы. Но с обычными ворами — не Эпиками — Стальное Сердце не церемонится, поэтому немногие бы решились на то, что сделал я.

Меган выругалась, ловко подняла винтовку и выстрелила. Она хорошо прицелилась, и Везунчик, лишь немного прошедший по переулку, дернулся вправо — чувство опасности заставило его уклониться в сторону. Как я и надеялся, он значительно притормозил.

Я завел двигатель. Это был симпатичный спортивный купе, который выглядел почти новым. Даже жалко.

Я рванул по улице. Сказав Меган, что был шофером, я ее не обманывал. Это правда — была такая попытка несколько месяцев назад, сразу после выпуска из Фабрики. Я не упомянул, однако, что проработал всего день, оказавшись абсолютно непригодным к этой профессии.

«Никогда не узнаешь, что тебе понравится, пока не испытаешь». Это было одним из любимых выражений моего отца. Компания перевозок, в которой я работал, не ожидала, что я «испытаю» для начала одну из их машин. Но как еще парню вроде меня попасть за руль? Я был сиротой и большую часть своей жизни с потрохами принадлежал Фабрике. Такие люди, как я, уж точно не заработают себе на машину, и в подземных улицах, в любом случае, негде ее ставить.

Несмотря на это, процесс вождения оказался лишь чуть труднее, чем мне представлялось. С визгом я повернул за угол темной улицы, вдавив педаль газа в пол и с трудом сохраняя управление. Я сбил знак стоп и еще какой-то дорожный знак, все это произошло за несколько ударов сердца, в течение которых автомобиль достиг конца квартала и, визжа шинами, обогнул следующий угол. Перескочив через бордюр, я снес несколько мусорных баков, но сумел не потерять управление, повернуть и остановить машину носом к югу.

Я направил ее строго по переулку. Везунчик по-прежнему бежал в мою сторону, спотыкаясь о мусор и коробки, когда Меган вынуждала его притормозить.

Прозвучал хлопок, Везунчик увернулся, и лобовое стекло автомобиля внезапно покрылось трещинами — пуля пробила его, пролетев всего в дюйме от моей головы. Сердце подпрыгнуло. Меган продолжала стрелять.

«Знаешь, Дэвид, — подумал я про себя, — тебе действительно стоит обдумывать свои планы чуть более тщательно».

Я резко надавил педаль газа, с ревом врываясь в переулок. Его ширины едва хватало, чтобы пропустить машину. С левой стороны посыпались искры, стоило мне лишь на волосок отклониться в том направлении — боковое зеркало срезало напрочь.

Фары высветили фигуру в красном свободном костюме, руки в наручниках, позади развевается плащ. Шляпу он потерял на бегу. Глаза широко раскрыты. Ему больше некуда было бежать.

Шах и мат.

Или это только я так думал. Когда машина приблизилась, Везунчик подпрыгнул в воздух и с нечеловеческой ловкостью ударил каблуками в лобовое стекло.

Я был потрясен. Предполагалось, что Везунчик не имеет никаких выдающихся физических способностей. Конечно, для такого человека, как он — который легко избегает любых опасностей, — не представляется возможности продемонстрировать что-либо еще. В любом случае, его каблуки ударили в лобовое стекло с такой ловкостью, на которую способен только обладающий сверхреакцией. Он оттолкнулся и используя импульс машины прыгнул назад, сделав обратный кувырок — лобовое стекло разлетелось вдребезги.

Я ударил по тормозам и закрыл глаза, защищаясь от полетевших в лицо осколков стекла. Машина со скрипом остановилась в снопе искр. Везунчик приземлился, удержав равновесие.