— Нельзя все время держать всех людей в заключении, — продолжил Абрахам, — если не построить прочную тюрьму. Но вместо этого можно дать толику свободы тем, кто этого очень, очень хочет. В результате они не станут бунтовать. Если все сделать правильно.
— Но с нами у него не вышло, — сказал я тихо.
— Да, действительно, с нами у него не получилось.
Пока мы шли, я все оглядывался. Никак не мог стряхнуть беспокойство, вдруг кто-нибудь в этих катакомбах решит напасть на нас. Хотя они никогда не нападали. Они…
Я хотел было сказать об этом, но заметил, что нас преследуют.
— Абрахам! — тихо сказал я. — За нами идут.
— Я знаю, — спокойно ответил он. — И впереди нас тоже уже ждут.
Туннель перед нами сузился. И действительно, там в тени ждали несколько фигур. Они были одеты как попало, по общей для многих жителей катакомб моде. У них были старые, обернутые кожей винтовки и пистолеты — оружие, которое работает, наверное, через раз и за последние десять лет сменило дюжину владельцев.
Мы, все трое, остановились, и группа позади приблизилась, отрезая нам обратный путь. Лиц было не разглядеть. Мобильников ни у кого не было, а без их подсветки царила почти полная темнота.
— Хорошая у тебя техника, друг, — сказал один из группы перед нами. Никто не совершал никаких откровенно враждебных действий. Никто не направлял на нас стволы.
Я осторожно начал высвобождать свою винтовку, сердце вырывалось из груди. Однако Абрахам положил руку мне на плечо. Свой массивный пулемет он держал в другой руке стволом вверх. На нем была одна из Реконерских курток, как и на Меган, хотя у него куртка была серо-белая с высоким воротником и несколькими карманами, в то время как у нее была обычная коричневая кожанка.
Они каждый раз надевали эти куртки, когда покидали убежище. Я, правда, ни разу не видел их в действии и не знал, насколько хорошо они вообще способны защитить.
— Не шевелись, — сказал мне Абрахам.
— Но…
— Я разберусь, — ответил он абсолютно спокойным голосом и сделал шаг вперед.
Меган встала рядом со мной, рука на кобуре пистолета. Она выглядела не менее встревоженной, чем я. Мы оба пытались одновременно следить за людьми и спереди, и позади нас.
— Нравится наша техника? — вежливо спросил Абрахам.
— Оставляйте пушки, — заявил отморозок, — и можете идти.
— В этом нет резона, — сказал Абрахам. — Если вам приглянулось мое оружие, значит оно помощнее вашего. И если мы пустим его в ход, вы проиграете. Верно? Так что ваши угрозы не работают.
— Но нас больше, друг, — мягко ответил он. — И мы готовы расстаться с жизнью. А вы?
По моей шее пробежал холодок. Нет, здесь жили не
Теперь я это видел. В том, как они двигались, в том, как их группы следили за нашим перемещением. Это были изгои, но изгои, собравшиеся в банду, чтобы стать чем-то большим. Они больше не были людьми. Они были стаей.
И оружие, какое было у Абрахама и Меган, могло повысить шансы стаи на выживание. Они отберут его, даже если это будет им стоить потери нескольких членов стаи. Дюжина мужчин и женщин, окруживших нас троих. Расклад был ужасный. У меня руки чесались выхватить винтовку и начать стрельбу.
— Однако, вы не стали нападать исподтишка, — резонно заметил Абрахам. — Значит, все-таки надеетесь обойтись без убийств.
Отморозки не ответили.
— Это очень любезно, что вы дали нам шанс, — сказал Абрахам, кивая им. В его словах была странная искренность. Сказанные кем-то другим, они могли звучать снисходительно или саркастически, но сказанные им, они были искренними. — Вы уже несколько раз позволили нам пройти по территории, которую считаете своей. И за это я тоже вам благодарен.
— Пушки, — напомнил головорез.
— Я не могу отдать их тебе, — ответил Абрахам. — Они нам нужны. Кроме того, если мы их тебе отдадим, это принесет тебе и твоим людям несчастья. Другие могут их увидеть и тоже пожелают иметь. Другие банды могут попытаться отнять их у вас, как вы пытаетесь отнять у нас.
— Это уже не тебе решать.
— Может, и нет. Однако, учитывая то, с каким уважением вы к нам отнеслись, я предлагаю тебе сделку. Дуэль между тобой и мной. Только одному человеку суждено быть подстреленным. Если выиграем мы, вы оставите нас в покое и позволите впредь свободно проходить через вашу территорию. Если выиграете вы, мои друзья отдадут свое оружие, и вы сможете взять с моего трупа все, что пожелаете.
— Здесь стальные катакомбы, — сказал мужчина. Некоторые из его спутников начали перешептываться, и он грозно на них глянул, затем продолжил. — Здесь не место для сделок.
— И все же, одну сделку ты нам уже предложил, — спокойно сказал Абрахам. — Ты уже выказал нам уважение. И верю, сделаешь это снова.
Мне это показалось не таким уж честным. Они не напали на нас из засады, потому что боялись. Они хотели оружие, но не хотели драки. Вместо этого они намеревались напугать нас.
Главарь, однако, наконец кивнул.
— Прекрасно, — согласился он. — Сделка. — Потом быстро поднял винтовку и выстрелил. Пуля попала Абрахаму прямо в грудь.
