– Ваши карты врут, – после короткой паузы продолжил говорить офицер из контрразведки. – Эта система с окончания войны Рас принадлежала местной цивилизации, здесь вы правы. Но вот уже несколько лет, как она находится в частной собственности. И ваш визит, никем из ее нынешних владельцев не санкционированный и ни с кем не согласованный, мы – Стальной Легион, официальный ее владелец, вправе считать открытым вторжением в систему Пограничная. И, в соответствии с межгалактическими правилами и законами, имели и имеем полное право уничтожить вас как агрессора. Или выдворить вас за пределы нашей территории, сдав в руки спецслужб вашей цивилизации или галактики…
Датчики и вся прочая аппаратура, фиксировавшая у ученого растерянность и досаду, вдруг изменила свои показатели при последних словах. Она показала, что ученый испытал приступ страха или испуга. Это подтвердили и показатели характеристик его организма. А это было уже интересно! Тем временем, несмотря на то, что это у него плохо получалось, ученый постарался взять себя в руки.
– Я это понимаю… – буркнул ученый. Посмотрел на собеседника: – Я не вру, мы не знали, что эта система принадлежит вам. А делать разрешение, как вы предложили… это заняло бы уйму времени. Я от всей нашей исследовательской группы приношу вам извинения за вторжение в вашу систему и заверяю, что мы готовы покинуть ее в течение нескольких часов.
Контрразведчик, слушая ученого, успел бросить взгляд на данные аппаратуры и перестроить дальнейший диалог. Откинувшись в кресле, он с легкой улыбкой посмотрел на сидевшего перед ним:
– Вы ее покинете, это само собой разумеется. Но не все так просто… Мы вызовем сюда представителей спецслужбы вашей цивилизации, занимающейся нарушителями подобно вам. Пусть они сами решают, как с вами поступить…
И снова аппаратура фиксирует эмоциональный всплеск и изменение параметров организма ученого.
– Не надо никого вызывать… У нас, как бы это правильно сказать, несогласованные исследования…
– То есть, вы не только тайком прокрались на территорию чужой цивилизации, незаконно проникли на частную территорию, но еще и не согласовали ни с кем из своих эти ваши исследования? Так что же это за эксперименты такие?
– Хорошо, я вам все расскажу. Только, пожалуйста, прошу, не нужно никого сюда вызывать?
– Этого я вам, увы, не могу обещать: все зависит от того, насколько честны и правдивы вы будете. Итак?
Ученый несколько мгновений помолчал, собираясь с мыслями, затем начал говорить:
– Меня зовут Зират Лауди, я действительно ученый. Имею ученую степень и несколько наград. Мои товарищи, прибывшие со мной, также имеющие ученые степени, старшим среди нас я являюсь по всеобщему решению. У себя дома, я имею в виду галактику Хор, мы работали в различных научных организациях и институтах – проводили исследования и эксперименты. На каждого из нас вышли правительственные спецслужбы, в итоге все мы так или иначе, стали работать на них. Вернее, не совсем так: фактически мы работали на какие-то организации, не имеющие ни к правительству, ни к спецслужбам, абсолютно никакого отношения. Но я думаю, что это были фиктивные компании, созданные правительством для проведения каких-либо исследований в запрещенных им же областях науки. Разумеется, все это проходило под строжайшей секретностью. Для работ отбирались ученые вроде нас, которым давали заказ на исследования, и которые их проводили. Если все заканчивалось вполне успешно, то о проводимых экспериментах никто так и не узнавал, а в случае провала или же утечки информации виновными оставались те, кто проводил исследования. Спецслужбы, как и правительство, о своем участии в них умалчивали. И заставляли молчать и исполнителей, а они умеют это делать, уж поверьте…
– Что дальше?
– Дальше… После нескольких неудачных экспериментов, которые, к счастью, не привели к трагедии, мы оказались временно отстранены от работы и от научных работ в целом, пока шло разбирательство и поиск виновных в неудачах. В общем, через какое-то время нам разрешили вновь заниматься научной работой, но, в связи с получившей огласку аварией, правительство расширило список запрещенных к исследованиям направлений науки. Таким образом, мы все остались не у дел…
– Почему? Ведь ученым, тем более, таким, как вы – имеющим ученые степени, звания, научные труды и прочее, думаю, несложно найти достойную работу?
– Не все так просто, как кажется на первый взгляд. Можно, я с вами согласен, но ведь придется перестраиваться, что порой сделать не совсем просто… – видя, что его не совсем понимают, Лауди слегка замялся. Собравшись с мыслями, он постарался объяснить более доходчиво: – Вот, грубый пример, что было понятнее. Допустим, что все вооруженные силы и прочие военизированные службы оказались под запретом и были распущены. Вы, военный, остались, как это было в нашем случае, не у дел. Вы можете найти работу, правильно? Но это будет не та работа, к которой вы привыкли и которую знаете и умеете делать. Чтобы выполнять функции новой работы, вам придется перестраиваться и, вполне возможно, даже переучиваться.
