Но адмирал Суаш имел свой взгляд на все происходящее и свое мнение по ходу ведения этой битвы. И уж тем более не горел желанием оказаться в ней проигравшим на радость всем злопыхателям. Дождавшись, пока истребители врага приблизятся к его кораблям на небольшое расстояние, он отправил им навстречу перехватчиков – сразу же закипел жаркий бой. Но вместо того, чтобы отводить свои корабли на безопасное расстояние, адмирал неожиданно отдал приказ об атаке – и, ускоряясь, к планете потянулись крейсера, не перестававшие наносить удары. Среди них практически терялись из-за своих размеров десятки штурмовиков и несколько транспортников. Противник отреагировал на возникшую вдруг угрозу, но ничего толком поделать не мог – прицельные выстрелы были редки, а на единственное верное решение в данной ситуации – накрыть огнем большую площадь, он сначала не решился, так как под удар неминуемо попали бы свои же истребители, а затем он уже был лишен этого преимущества. Спустя всего несколько минут штурмовики стальной лавиной обрушились на первую линию оборону, выжигая все и всех, залпами термоядерных ракет малой мощности выводя из строя орудия обороны. Тем временем находящиеся на орбите корабли перенесли свой удар на вторую линию – там, среди находящихся под орбитальной бомбардировкой солдат, возникла небольшая паника, которую старательно подавляли офицеры, готовясь к бою. То, что потеря первой линии обороны есть вопрос ближайшего времени, стало ясно абсолютно для всех.
Пользуясь неожиданным маневром, транспортники адмирала, на которые никто практически не обращал внимания, разве что десяток истребителей, которые были быстро уничтожены сопровождением, приземлились и распахнули люки – начала высаживаться тяжелая пехота. Робо-скафандры давали бойцам огромные преимущества в сравнении с простыми пехотинцами, а тяжелое вооружение, которым они были вооружены, впечатляло своим показателями. Это была ударная штурмовая рота, созданная самим адмиралом, в которую отбирались лучшие из лучших, не раз отлично себя показавшая и великолепно зарекомендовавшая, и давно стала уже гвардией адмирала Суаша, практически элитой его флота, разумеется, ее формирование было неофициальным. Высадившись, пехотинцы разбегались в стороны, занимая оборону на случай внезапной атаки противника, которому, впрочем, было уже не до них. Едва борт покинул последний десантник, транспортник поднялся и умчался наверх, к своим, охранявшиеся его перехватчики ринулись в гущу сражения, а пехотинцы-штурмовики, подчиняясь приказам командира на закрытой частоте, которую практически невозможно взломать в полевых условиях, перестроились и бросились к видневшимся неподалеку развалинам. Согласно полученным данным корабля-шпиона, втайне отправленного сюда адмиралом по собственной инициативе, где-то там находился вход в подземелья, которые простирались под всеми линиями обороны и уходили еще дальше, вплоть до командного центра, где они вовсе не заканчивались, но куда тянулись дальше, было уже не интересно, по крайней мере, на данном этапе.
Понимая бесполезность удержания полуразрушенной первой линии, противник спешно стал перебрасывать еще уцелевшие орудия и незадействованные подразделения на вторую линию, которая наносила пока еще неприцельные, но массированные удары по орбите, где совсем еще недавно кипевшая яростная схватка истребителей и атакующих планету штурмовиков сместилась намного ближе к поверхности, лишь еще местами дрались сошедшиеся в смертельном поединке боевые машины. Пока еще позволяло расстояние, командование силами обороны решилось на крайние меры, отдав приказ на нанесение массированного удара по орбите. Удар по площадям накрыл как атакующие имперские корабли, так и свои, которых и без того осталось едва ли треть от первоначального количества. Потеряв несколько судов, атакующие поспешно отошли на безопасное расстояние, огрызаясь в ответ. А вот у истребителей все обстояло намного хуже: они, хоть их конструкция и позволяла это сделать, не могли выйти из-под удара за пределы орбиты, так как попадали под обстрел отошедших крейсеров. И, в то же время, не могли вернуться на поверхность – им в таком случае предстояло преодолеть несколько километров огненного ада, устроенного им своими, в котором уцелеть было просто нереально. Таким образом оказавшись между двух огней, истребители в считанные минуты потеряли более половины уцелевших к тому времени машин, остальные же ринулись в разные стороны, спасая свои жизни. Ни о каком продолжении битвы не могло быть и речи…
