Первоначальные диагностика не выявила никаких поломок и отклонений в работе систем, узлов и установок, также, судя по результатам тестов, машина была в полном порядке. Но стоило только вывести робота на полигон и попытаться выполнить несколько стандартных заданий, как машина снова встала, а системы принялись перезагружаться. В срочном порядке вернув его в ангар, распсиховавшийся офицер приказал во что бы то ни стало выяснить причину перезагрузки систем или хотя найти поломку, которая приводит к этому. К ремонту подключились многие специалисты из числа механиков и техников, принявшись разбирать боевую машину буквально на винтики, тестируя все узлы и установки, но пока все было безрезультатно. Молодого Вэзуя подвинули в сторону – нечего молодому механику под ногами опытных мастеров путаться, и, хотя он вроде как и находился при ремонте, все же был на вторых ролях… Разумеется, что это было ему не по нраву. Оставшийся без машины Зурат поддерживал товарища, но что могут двое молодых, один из которых и вовсе никак не относится к техникам и механикам, против специалистов с многолетним опытом? Он сам немало переживал из-за вынужденного простоя в обучении – пока остальные нарабатывали практику, он вынужден просиживать это время впустую, тем самым теряя отведенные часы на обучение. А ведь знания и опыт сами по себе не придут… Но что он мог сделать? Разве что помочь найти проблему, но как: он вообще познакомился с подобной техникой лишь здесь, никогда ранее ни с чем подобным не встречаясь. Видел, как переживал за него товарищ: ведь, если поломка не будет выявлена, робот вполне могут признать пригодным для боевых действий, и Ракх отправится воевать на нем, а там… думать о плохом не хотелось. В то же время соревноваться в мастерстве с несколькими, более опытными специалистами он не в силах. Так что же, оставить все как есть и позволить другу погибнуть? Ну уж нет, он этого не допустит! И Раах стал вспоминать все, чему его учили – с того, самого первого его полета, в котором учителем выступил старый механик, благодаря которому он и научился всему, что знает и умеет сейчас, и вплоть до нынешних дней. По ночам он подолгу ворочался, размышляя о том, что же может стать причиной перезагрузки систем, и о том, что на выявление поломки отвели всего неделю, четыре дня из которой уже прошли. В том, что в бой могут послать на неисправной машине, сомнений не было – что значит для командования одна чья-то жизнь и один устаревший робот, если в боях гибнут сотни?!
…Он стоял возле старого механика, который крутил в руках небольшой квадрат из черного металла, из которого торчало несколько плоских клемм, и неспешно, в обычной своей манере, говорил:
–…а еще многие додумывались ставить собственные разработки, нелегально, конечно, иначе это могло рассматриваться как порча, а за это наказывали очень серьезно. Вот и мы сейчас с тобой сделаем кое-что подобное, но только никому об этом ни слова, хорошо? Это будет нашей маленькой тайной…
Хитро улыбнувшись, бросив взгляд на Вэзуя, механик открыл кожух лежащего перед ним одного из блоков управления силовой установки, вытащил из нее несколько разноцветных проводов, прикрепил каждый из них к определенной схеме и ловко пристроил квадратик внутрь кожуха. Закрыл его, зафиксировал болтами и снова посмотрел на стоящего перед ним подростка, которым в то время был Раах:
– Навряд ли тебе это когда-нибудь пригодится: сейчас так никто уже не делает, а пройдет еще несколько десятков лет, и подобное исполнение деталей будет вообще забыто, все перейдут на более новые детали. Но все же… в те времена, когда эта рухлядь считалась новой, да и гораздо позже тоже, многие додумались немного подправлять слегка недоработанную систему перенаправления сигнала. Эта штука, которую мы сейчас с тобой поставили, блокирует некоторые системы, играющие второстепенную роль, соответственно, блок получает более сильный сигнал, не искривленный ими, а это значит, теперь он будет работать чуть-чуть сильнее… Для нашей установки это не критично, и увеличение сигнала практически никакой роли е сыграет, но порой, если передатчики более мощные, а агрегат, на который они ставятся, слабее, то прирост энергии может быть значительным…
Где-то неподалеку раздались голоса отца и матери. Он развернулся и побежал к ним, а механик продолжал говорить, словно не замечая, что его малолетнего слушателя уже нет рядом с ним…
…Вэзуй вскочил рывком, словно от чьего-то пинка, и понял, что это, возможно, и есть причина неисправности боевой машины. Шанс того, что ему удастся найти причину, конечно, ничтожно мал, но вдруг? Несмотря на то, что было еще рано, он, не дожидаясь завтрака, помчался в ангар.
– Чего тебе? – хмуро буркнул дежурный механик.
– Позвольте мне осмотреть машину… я могу предполагать, в чем причина…
– Что? Ты? Хочешь сказать, что умнее всех нас, вместе взятых?!
– Нет. Просто это шанс выявить неисправность, и это может помочь сохранить жизнь моему другу. Я прошу вас позволить мне осмотреть робота. Ну пожалуйста!
