Теперь уже и из правой руки выпал хлыст, и Нина смотрела на надвигающуюся голову личинки. Умрёт. Она умрёт. Такова реальность, и остаётся лишь смотреть ей в лицо.
— Эх, — вздохнула она и прошептала. — Обидно.
Её ждала дурацкая смерть, но тело слушаться отказывалось. Кэй ушла вместе с кровью и возвращаться не собиралась. Нина потеряла слишком много крови и была не в состоянии найти способ восстановления кэй-потока. Наверное, поэтому она могла наблюдать за происходящим равнодушно, как сквозь туман.
Всё замерло. Температура поля боя опустилась до отрицательной. Нине показалось, что даже частицы воздуха остановились, что водяной пар в телах личинок заморозился и обездвижил их. Весь мир затаил дыхание.
Сначала что-то развалилось.
Развалилась на части надвигавшаяся на Нину личинка. Её разрезало напополам. Верхняя половина свалилась, и из-под срезанного панциря вывалились примитивные внутренности. Брызнула обжигающая зелёная жидкость, запах обжигал ноздри.
Затем одна за другой стали разваливаться личинки, находившиеся позади первой. Ещё одна, и ещё… и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё одна развалилась напополам и рухнула неподвижной тушей.
В мгновение ока зона скопления личинок опустела.
— Что…
…произошло?
Нина изо всех сил старалась удержаться на ногах и оставаться в сознании. Что могло так запросто пробить крепкие панцири? Она не видела, что их пробило. Но в воздухе что-то ощущалось…
Ощущение не поддавалось описанию. Какая-то сила, словно биение огромного сердца. Пульсация крови чувствовалась в воздухе. Это она уничтожила всех личинок? Казалось, что всё не по-настоящему. Что настоящий только туман в её голове.
Кто-то её оттащил. Наверное, кто-то из её команды. Он оттащил её в тыл и уложил на носилки. Нина слабо отпихнула студента-медика.
— Отступаем, дура, — раздался в воздухе голос президента школьного совета. — Операция по уничтожению гряземонстров входит в заключительную стадию. Всем студентам-военным приказано отступить за ограждение.
Нина попыталась найти источник голоса и увидела парящие в воздухе предметы, похожие на лепестки.
— Чешуйки…
Чешуйки психокинетика. Они способны воспринимать информацию из окружающей среды и передавать сообщения на большие расстояния. Кто ими управляет? Говорил президент… но Нина подумала о его сестре. Она что, с президентом?
— Ты цела? — спросил кто-то совсем рядом.
Но так близко никого не было. Она поняла, что голос снова из чешуек.
— Лейфон?
— Да. Пожалуйста, уходи.
— Постой, это ты сделал? Что это вообще было?
— Некогда объяснять. Сейчас начнётся отсчёт. Пожалуйста, можешь отступить за ограждение? — повторили чешуйки голосом Лейфона. — На точную корректировку времени не было, и я не уверен, в какой степени смогу всё контролировать. Если совсем промахнусь, могу и школьный совет покромсать.
— Подожди, — крикнула она, но Лейфон не ответил. Чешуйки поднялись в небо и полетели за пределы города.
— Отсчёт начинается, — раздался голос президента.
Нина с силой оттолкнула студента-медика. Мозги немного прочистились. Она отвечает за участок, и отступить в тыл не может. Надо проследить, чтобы все эвакуировались до конца отсчёта. К тому же она своими глазами хотела увидеть, что сделает Лейфон.
Потому что он её подчинённый.
Борясь с непослушным, шатающимся телом, она продолжала стоять на месте и наблюдать за личинками впереди.
Фелли не пожелала войти в командную башню и теперь в одиночестве стояла на крыше общежития старшекурсников. Она смотрела на небо. Для этого ей не надо было ни открывать глаз, ни поднимать голову — чешуйки передавали изображение неба прямо в мозг. На севере плыли густые облака, закрывая луну.
Ноги Целни застряли на клочке загрязнённой, красной земли, и город окружало бесчисленное множество личинок.
Девятьсот восемьдесят две.
— Не так уж и много. Я в Грендане однажды с десятью тысячами дрался, — спокойно сообщил Лейфон.
Дыхание перехватило от одной мысли о личинках. Фелли судорожно выдохнула. Она открыла глаза.
Слева находилась командная башня. Ветер трепал флаг школьного города с изображением девочки Целни и авторучки. Возле флага стоял человек.
Лейфон. В тусклом свете виднелись его очертания. Все чешуйки распространились за пределы города. Лишь одна осталась поддерживать связь между Фелли и Лейфоном. При таком освещении его было трудно разглядеть, и Фелли уточнила его местонахождение через чешуйку. В её сознании одновременно крутилось множество изображений, и она сконцентрировалась на Лейфоне. Тусклый свет. Лейфон отбрасывал тень в искусственном освещении Целни.
