И порывшись в своём вечном рюкзаке, вытащил первый попавшийся мне под руку небольшой предмет, оказавшийся каким-то непонятным артефактом Древних, с которым я до сих пор не успел разобраться и который лежал у меня под рукой, на случай если у меня будет время.
— Это что? — спросил аграф.
— Это сюрприз, — ответил я и вошёл в транс.
Счёт. Транс.
На самом деле мне никакой артефакт особо был не нужен. Но почему-то я не хотел показывать свои истинные возможности. Не знаю, видимо, моя паранойя порой обострялась или ещё что.
Однако артефакт сейчас мне нужен был лишь для отвода глаз. Реально я работал по уже один раз отработанной схеме.
Раз. Регистрирую биологические ментальные объекты. Двадцать штук.
Два. Внедряю в ментоинформационную матрицу каждого из них парализующую руну.
Три. Активирую её.
Четыре. Для надёжности продлеваю длительность действия руны в три раза.
Вот, по сути, и весь бой.
Ещё раз убеждаюсь, что нападающих, находящихся в сознательном состоянии, там нет.
И выхожу из транса.
Транс. Выход.
— Всё, готово, — сообщаю я своим, убирая артефакт.
— Так просто встаём и идём? — недоверчиво спрашивает у меня Клув.
— Угу, — киваю я, — но на всякий случай будьте настороже, хотя по моим расчётам у нас примерно два часа.
Тот все так же удивлённо смотрел на меня.
— А, ну да, нам нужно двадцать контейнеров, — вспомнил я о совете тролла, — они нам могут пригодиться. Надо будет перетащить этих господ к нам на корабль. Блин, скоро на нём места не останется. Как-то не подумал я о таком, когда его проектировал.
И прошёл в направлении здания, где находились те, кто устроил на нас засаду.
Войдя внутрь, заметил нескольких бойцов в таких же, как и у нас, скафандрах, плюс ещё трое были в мехах. Остальные это и есть то самое прикрытие для основной группы.
«Профессионалы», — подтвердились слова Тары, которая сделала подобный вывод, даже не видя нападающих.
— М-да-а, — протянул Клув, разглядывая лежащие в здании какого-то склада тела, — с тобой совсем не интересно.
— А ты хотел бы, чтобы меня с вами сейчас не было? — спросил я у него.
Тот оглядел экипировку нападающих и ответил:
— Не в этом случае. Нас бы размазали и даже не заметили. Не думал, что тут есть кто-то, вооружённый несколькими мехами.
— Ну и хорошо, — пожал я плечами, — они тоже оказались не готовы к встрече с нами. Вернее, со мной и моими игрушками. — И я похлопал себя по рюкзаку.
После этого обошёл всех. Удалённо просканировал их и собрал кредитки. Пусть пока идёт их взлом.
— Тела раздеть. Оружие отдельно, доспехи отдельно. Ну и переносите их на корабль. Сколько вам на это понадобится? — уточнил я у тролла.
— Порядка двадцати минут, — ответил он.
— Хорошо, мне хватит. Через двадцать минут встретимся на корабле.
И оставив их на попечение Тени, двинулся в направлении места, отмеченного ренийцем.
Я тоже ощущал исходящие оттуда волны слабого ментального излучения.
Но мне они сказали ещё и о том, что находящийся там не пытается ничего узнать, он просто старается скрыться и не привлекать к себе внимания.
«Но зачем тогда выдавать своё местоположение этим непонятным ментоизлучением?» — сам себе задал я вопрос, и пока никакого ответа на него у меня не было.
Но скоро я это узнаю.
— Слышь, Тень, — спросил Клув, обращаясь к аграфу, — ты не знаешь, что он сделал?
Почему он посчитал, что аграф может быть в курсе, тролль и сам сказать не мог, но он почему-то был практически уверен в том, что не ошибся.
Правда, Тень стоял и молчал.
И Клув уже подумал о том, что никакого ответа он так и не услышит, когда неожиданно аграф ответил. Вернее, казалось, будто он просто рассуждает вслух.
— Имена даются в связи со способностями теней. Цвет смерти и сна, в нашем понимании, серый. Я не слышал, чтобы кто-то получил имя, созвучное с этим цветом. Но я знал о том, что оно кем-то уже занято.
— Э-э… — протянул тролл, — чего?
Но аграф больше не произнёс ни одного слова до того момента, пока они не перетащили все заполненные контейнеры на корабль.
Слая пряталась на этом складе от загонщиков, которыми были охранники складов и их надсмотрщики.
Мало кто знал, что на станции процветала торговля живым товаром, и особенно детьми, девочками в том числе. И её, как и остальных девочек-подростков из их небольшого приюта, продали в публичные дома Фронтира.
Она не переставала на что-то надеяться, даже находясь здесь и дожидаясь того момента, когда её заберёт покупатель. Их уже продали, и поэтому девочек перевели с корабля в закрытые склады портового района, чтобы они дожидались тут своей участи. Местные чиновники были подкуплены.
Спасения или выхода у детей не было. И именно в этот момент ей неожиданно представился случай сбежать с тех складов, где их держали.
В камере, которую она делила с другой девочкой, чуть постарше неё, они нашли небольшой люк, который и сумели с большим трудом открыть.
Но Ратая не смогла пролезть в него. Она была троллой, гораздо крупнее худосочной и мелкой креатки. Да к тому же она не успела.
Охрана увидела через визор видеонаблюдения, как она старается пролезть в люк.
