По книге Каткова "Дело Корнилова".
Книга Г. М. Каткова - одна из лучших работ о попытке спасения России, предпринятой летом 1917 генералом Лавром Георгиевичем Корниловым, и о предательском срыве её патологическим лжецом и фарсовым "диктатором" Керенским.
........
В куски разлетелася корона
Нет державы, нету трона
Жизнь России и законы
Все к чертям!
.........
Назначение Корнилова, в конце концов утверждённое сократившимся Временным правительством, оставшимся от первой коалиции, произошло в то время, когда неспособность Керенского составить кабинет довела правительство до критического положения. Керенский уехал отдохнуть в Финляндию и передал Савинкову управление военным министерством. Хотя Савинков был знаком с Корниловым и уважал его как генерала, он с опаской относился к его политическим амбициям. Перед отъездом в Петроград он сказал Корнилову в откровенном разговоре, что если тот когда-либо ополчится на революцию и её достижения, то встретит его - Савинкова - по ту сторону баррикад. Корнилов его заверил, что этого произойти не может, и добился от него обещания приложить все силы для реорганизации армии и оздоровления общества в целом.
Вначале военное министерство под руководством Савинкова действовало независимо от Временного правительства. Эта автономия ему была даже несколько навязана, ибо правительство было тогда сильно ослаблено. Приступив к исполнению обязанностей Верховного Главнокомандующего, Корнилов сразу же начал набрасывать проекты законов, которые он считал необходимыми, чтобы вернуть армии её былую боеспособность и мобилизовать всю страну на поддержку военных усилий. Ситуация усугублялась тем, что железнодорожная сеть оказалась не в состоянии доставлять на фронт всё необходимое и особенно фураж, склады которого находились внутри страны. Эти законопроекты, в частности те, которые имели целью восстановление порядка, были с большой поспешностью выработаны начальником штаба Корнилова, ген. А. С. Лукомским, по его приказанию. Был также подготовлен обширный доклад, который Корнилов намеревался представить правительству в ближайшее время. В нём он указывал, что лишь жёсткие меры, проводимые без колебаний, могут спасти страну от развала. Среди этих мер предполагалось введение смертной казни и широкое её применение по всей стране - не только в случае мятежа или неповиновения, но и к подстрекателям, агитаторам, распространяющим слухи или подрывную литературу.
В начале августа Петроградский Совет принял резолюцию, требующую немедленной отмены смертной казни на фронте. Очевидно, что если бы Временное правительство уступило в этом вопросе Корнилову, оно бы рисковало прямой конфронтацией с большинством в Совете, в том числе и с некоторыми министрами, также членами Совета. Корнилов мог рассчитывать на поддержку в правительстве кадетов и правых социалистов. Трудно определить, как относился в тот момент к требованиям генерала сам Керенский.
Приехав в Петроград 3 августа, Корнилов прямо явился в Зимний дворец, где Керенский (обнаружив недостаток такта и скромности) устроил свой "штаб". Он был благосклонно принят министром-председателем. Керенский, стремясь придать разговору доверительный тон, сразу же спросил его, не считает ли он, что его (т.е. Керенского) время уже миновало, что его влияние на массы ослабевает и что ему лучше было бы уйти? Корнилов в своей прямой солдатской манере ответил, что хотя и верно, что популярность Керенского в последнее время несколько пострадала, она тем не менее ещё достаточна, чтобы он мог с пользой продолжать служить своей стране. Затем он передал Керенскому подготовленный для правительства доклад Ставки с изложением законодательных мер, которые, на его взгляд, необходимо принять. Керенский пробежал переданные ему листы: доклад ему показался нелепо наивным и даже несколько безграмотным.
Здесь следует напомнить, что так называемая корниловская реформа и меры, предлагаемые им для оздоровления армии, ни в коей мере не были только "корниловскими", но, напротив, получили поддержку большинства генералов. В этом отношении характерно выступление, которым Брусилов открыл совещание, созванное в Ставке 17 июля в присутствии Керенского. Текст этого выступления приводится ген. Алексеевым в дневнике, в записи от 24 июля 1917 года:
Ныне самое важное прежде чем рассуждать о стратегии, обсудить меры, как восстановить боеспособность армии. Без этого немыслимо принять какое бы то ни было стратегическое решение.