Несколько дней «У-557» шла средним ходом в надводном положении. Дул сильный ветер, море штормило. Лодка беспрерывно раскачивалась с борта на борт и с кормы на нос. Внутри нее стояла невыносимая сырость. Влага конденсировалась на поверхности холодного стального корпуса и стекала ручейками на дно. Продовольствие портилось, его приходилось выбрасывать за борт. Хлеб отсырел и размяк. Бумага разжижалась. Одежда стала липкой и никогда не просыхала. К чему ни прикоснешься – все мокрое и скользкое. В течение нескольких дней мы не могли определить свое местоположение достаточно точно: не видели ни единой звездочки, ни луны, ни солнца. Лишь ежедневные погружения под воду спасали от непрерывной качки. Там в спокойной глубине мы завершали работу, которую не успели сделать, и ели, не роняя пищу на палубу. Час, два восстанавливали силы перед новыми атаками волн и ветра. Но ежедневные погружения никогда долго не продолжались; всплытие, наоборот, казалось преждевременным.
В эти дни противоборства со стихией мы получили из штаба радиограмму. Сообщалось, что наш крупнейший корабль – линкор «Бисмарк» – выходит для выполнения боевого задания в Северную Атлантику в сопровождении тяжелого крейсера «Принц Ойген». 24 мая экипажи всех подлодок были оповещены о быстрой победе «Бисмарка» над линейным крейсером «Худ», самым мощным кораблем королевского флота Великобритании. Подлодкам рекомендовалось руководствоваться приказами, учитывающими будущие боевые операции «Бисмарка». Мы считали внезапное появление в Атлантике этих надводных германских кораблей большим событием. Северная Атлантика превращалась в наш передовой рубеж обороны, и отныне кораблям британских ВМС и коммерческим судам союзников находиться там стало смертельно опасно. Радиоперехваты с других подлодок также говорили о крупных успехах. «У-556» во время своего последнего похода потопила суда тоннажем более чем в 30 тысяч тонн. «У-203», «У-93» и другие уничтожили в предшествующие недели суда союзников общим тоннажем в 100 тысяч. тонн.
25 мая третья вахтенная смена нашей лодки наблюдала в промежутке между заходом солнца и сумерками, как черная пелена застилает облака на западе. Через несколько минут мы поняли, что увидели десятки дымящих пароходных труб, а затем показались оконечности многочисленных мачт. Мы шли курсом, пересекающим движение конвоя.
Визнер быстро отреагировал, крикнув:
– Командира – на мостик!
Появился Паульсен. Он оценил обстановку и отдал несколько приказаний. Взвизгнула сирена. Мы попрыгали в рубочный люк. «У-557» зарылась в волны и через 20 секунд уже оказалась под водой. Пока лодка выравнивалась, члены экипажа разбежались по своим боевым постам.
– Погружение на перископную глубину, – скомандовал командир.
«У-557» скользнула на заданную глубину. В рубку поднялся старпом, я взялся за штурвал. Жужжание мотора, перемешавшего перископ, заполнило тесное помещение. У Паульсена что-то не ладилось. Он дергал перископ вверх и вниз в промежутках между подъемом и спадом волны. Акустик сообщил, что конвой приближается. Вскоре мы услышали шум множества вращавшихся винтов невооруженным ухом. Затем акустик засек впереди конвоя группу эскорта. Шум вращавшихся винтов ритмично нарастал с запада. Затем послышалось резкое металлическое позвякивание импульсов «асдика», которые посылали эсминцы, чтобы обнаружить подлодки. Для большинства из нас это была новинка. Каждая высокочастотная звуковая волна ударяла о поверхность лодки как молоточек камертона. Затем она распространялась по всему корпусу лодки, уходила и расплывалась по горизонту. Между тем глухие мощные удары поршневых двигателей и завывание турбин становились все громче и отчетливей. Акустик сообщил, что конвой повернул в южном направлении.
Внезапно мы услышали шум быстро вращающегося винта эсминца. Паульсен, повернув перископ вокруг своей оси, произнес:
– Три эсминца, курс по пеленгу 3-2, дистанция 3 тысячи метров. Лево руля, меняем курс на юг.
Мы могли бы атаковать эсминцы, от которых исходила опасность, но Паульсен принял более мудрое и безопасное решение. Вскоре он возбужденно закричал:
– Вот так картина! Все пять торпедных аппаратов – к бою! Скорость цели 10 узлов, угол атаки 30 градусов, глубина погружения семь, дистанция 1200 метров. Старпом, погляди на этот парад!
Керн наклонился вперед и прижался к резиновой подушке вокруг окуляров перископа. Затем он выдохнул:
– Там их по крайней мере тридцать. Переваливаются, как слоны.
Капитан возобновил круговые движения перископом, но вскоре одним толчком втянул его внутрь лодки и скомандовал:
– Полный вперед! Механик, тащи лодку вниз! С бешеной скоростью завращались гребные винты. Лодка, сильно вибрируя, нырнула еще глубже под воду.
– Угроза атаки глубинными бомбами! Погружение – 70 метров.