С запада Стена Буревестников была почти такой же неприступной, как со стороны моря. Куда ни глянь – голые камни, ни намека на тропу или хотя бы на более-менее пологий склон, по которому можно подняться. Кажется, единственные, кто облюбовал этот хребет, – это серо-белые птицы, похожие на чаек, они вились над его вершинами в огромных количествах. Наверное, гнезда у них там.
На юг вдоль Стены текла река. С высоты можно было разглядеть все её изгибы – она шла из глубины континента и за несколько километров от Золотой гавани раздваивалась. Северный её поток впадал в океан где-то за Серым пиком, а южный шёл вдоль Стены Буревестника, словно пытаясь отыскать в ней брешь.
Дальше река ныряла в глубокое ущелье между Стеной и каменистым плато, распластавшимся к западу от побережья. Плато напоминало исполинскую морскую звезду, выброшенную на берег и потом изрядно обглоданную столь же огромными чудовищами.
– А это – Отрубленная рука, – пояснил Терехов. – Побережье южнее неё контролируют Корсары. Ну как контролируют… Пытаются. Насколько это вообще возможно на старте игры. К северо-западу от Руки – земли Красного легиона.
– А сама Рука?
– Спорная территория. Сейчас подлетим ближе, покажу главную загвоздку.
Тенептица снизилась и скользила над самым ущельем. Внизу можно было разглядеть, что вдоль реки тянется серая полоса сухопутного тракта. Ближе к морю стены ущелья расширялись. Впереди уже замаячила желтоватая полоса песчаного берега, расцвеченная зелеными пятнами небольших рощ.
– По реке и вдоль неё – самый короткий путь на юго-восточное побережье. Если делать крюк вокруг Отрубленной руки – получится раз в пять дольше. Так что это очень важный маршрут… А теперь глянь вон туда… Да нет, левее!
У самого выхода из ущелья велась масштабная стройка – копошились десятки людей, были видны штабеля досок и отесанного камня. Похоже, строили крепость – уже был готов большой участок внешней стены и пара внутренних башен. В широком рве, вырытом вокруг, блестела вода.
– Крепость Корсаров? – спросил я.
– Не-а. Дервиши. Они умудрились захапать себе небольшой участок, но зато какой! Здесь узко. Бутылочное горлышко. Так что им удается удерживать выход из ущелья даже небольшими силами. А когда достроят крепость – не знаю даже, как их оттуда выковыривать.
– Я думал, это небольшая гильдия. Как же они успели нафармить денег на целую крепость?
– Правильный вопрос! Теперь вон туда глянь. Во-он там, на самой Руке! Рудник видишь? Серебро. Повезло им, чертякам, – наткнулись на богатую жилу.
Я слабо представлял, как должен выглядеть с высоты рудник, но наконец разглядел на противоположной стороне ущелья широкую извилистую дорогу, ведущую на вершину плато. Рядом с ней довольно большой кусок плато был огорожен с северной стороны частоколом, над которым возвышалось несколько укрепленных башен для лучников. С юга, со стороны океана, естественным препятствием выступал отвесный обрыв.
На этом участке раскинулся целый поселок: с десяток каких-то хибар, несколько строений побольше – похоже, склады. Всюду высились кучи отработанной породы, и я даже успел разглядеть, как из-под земли выволакивают очередную вагонетку. Ходов под землю было целых три, один – чуть больше остальных.
Заметить сверху я успел не только это, но и крупный отряд, собравшийся в ущелье, у дороги к руднику.
– Похоже, там какая-то заварушка затевается, – оживился Берс, хлопнув Терехова по плечу.
Тот кивнул.
– Еще какая! Но нам не совсем туда. Мангуст, сейчас поворачивать будем. Огляди обрыв – тот, что с юга от рудника. Сможешь там подняться?
Тенептица действительно заложила вираж, по дуге облетая рудник. А вон и башня – точно такая же, как возле Рощи конокрадов. Расположена на берегу, у южного подножья плато.
Наш призрачный транспорт снизился, заходя на посадку. Я же, развернувшись, шарил взглядом по крутым склонам, Высота здесь не очень большая – метров 40–50 максимум, но склоны отвесные, а кое-где и нависающие над основанием. Хорошо, хоть не гладкие – пожалуй, есть шанс зацепиться.
Одно хреново – я ведь не совсем альпинист, в реале работал в основном с, так сказать, рукотворными препятствиями. Но говорить об этом Терехову сейчас, конечно, не стоит. Зачем лишний раз раздражать. Надо пробовать, а там уж – будь что будет.
Посадка была куда мягче, чем взлёт. Тенептица опустила нас в центр каменной чаши плавно, бережно, разве что по головам не погладила напоследок.
Остальные бойцы прибыли буквально через минуту. Наконец-то выпал шанс хорошенько разглядеть Тенептицу со стороны. Впечатляюще, конечно. Этакая помесь феникса и глубоководного ската с размахом крыльев метров в десять.
На башне мы не задержались – как только отряд снова был в сборе, Терехов погнал нас в сторону рудника. То ли время поджимало, то ли просто не хотел светиться. А может, и то и другое сразу. Мы нашли укромное место в полукилометре от башни, у самой границы плато, и там сделали привал.
– Лео, так ты расскажешь наконец, чего делать-то надо? – проворчал Берс.
