Собровец в два прыжка достиг кювета и с размаху упал в осыпавшуюся по краям и густо заросшую травой давно не чищенную канаву. Под ногами захрустели сухие ветки, принесенные дождевым потоком. Твердый ствол невысокого колючего сорняка больно царапнул его по щеке. Алексей матюгнулся и приложился к прицелу.
– Саня, давай к нам! – заорал Чижов и быстро прицелился в Иссу, который стоял с сигаретой возле «Газона» и, видимо, был старшим на этом посту.
Эфэсбешник сориентировался в ситуации сразу. Он размахнулся и очень сильно ударил постового кулаком по голове. Тот стоял к Сане спиной, тупо глядя на людей, которые выпрыгивали из «Газели» и разбегались по кювету в разные стороны, изготавливаясь к стрельбе.
Постовой упал вперед, сильно ударившись лицом об асфальт.
Саня, продемонстрировав отличные спринтерские качества, через секунду оказался в кювете.
Исса, еще не веря своим глазам, смотрел на происходящее и пока не предпринимал никаких разумных действий.
Алексей, сжав зубы так, что они хрустнули, выдохнул и потянул за спуск.
После резкого шипящего щелчка Исса упал на бордюр, которым был огорожен пост. Его тело перегнулось через невысокую бетонную ограду и осталось неподвижным.
– Эльдорадо! «Мухой»! Пулемет на крыше! Серега! По «Газону»! Пока они там все сидят! Огонь! – сдавленно крикнул Алексей и перевел прицел на тех людей, которые все еще стояли возле «Жигулей».
Алексей помнил, что ребята разоружили их, но в руках у молодого парня он увидел пистолет. Раздумывать над тем, где он взял его, у снайпера времени не было. (Скорей всего у водителя вот этой самой «копейки», на которой разозленные и ограбленные чеченцы бросились вдогонку за Алексеем и «его командой». Они знали, что на выезде из ущелья стоял пост, и рассчитывали найти здесь поддержку.) Поэтому он сразу же выстрелил. Парень упал…
Мужчина постарше бросился за машину.
После того как снайпер открыл огонь, прошло не более трех-четырех секунд. Так как привычного оглушающего грохота стрельбы слышно не было, на упавшего Иссу и парня на дороге обратили внимание только те, кто их видел непосредственно. Несколько человек закричали, показывая руками на Иссу, подбежали к нему и стали рассматривать и переворачивать его тело.
Пулеметчик на крыше оглянулся на крики и быстро развернул пулемет в направлении «Газели».
Алексей вдруг очень четко осознал, что если сейчас спецназ не начнет стрелять из гранатометов, то эта канава и станет их общей могилой. Пулеметчик не даст уйти никому.
– «Мухи»! б… дь! Огонь! – закричал отчаянно он, прекрасно понимая, что сейчас отсчет времени пошел на доли секунды.
Эльдар уже взводил гранатомет в боевое положение. (Гранатомет разового использования «РПГ-18«(в собранном состоянии 70 см и весом чуть больше двух килограммов), известный в войсках как «Муха», стоял на вооружении советской пехоты еще с семидесятых годов. Это оружие удачно сочетало в себе простоту применения вместе с огромной поражающей мощью. Части специального назначения охотно пользовались такими гранатометами, которые при всей своей легкости могли использоваться при штурме, словно пушки. Оружие было совсем неплохое, если бы не один существенный дефект. Иногда граната самостоятельно отклонялась в сторону от прямой линии выстрела.)
Несколько «Мух» Алексей прихватил с собой, резонно посчитав, что в Чечне они пригодятся.
«Если сейчас граната уйдет в сторону, то нам всем конец», – как-то спокойно подумал Чижов, пытаясь рассмотреть пулеметчика в стандартный четырехкратный оптический прицел винтовки. Он понимал, что не в силах бороться с пулеметом на такой дистанции, но выбора у него не было.
Г-бамм!!! – вдруг неожиданно звонко и оглушающе ударило по ушам. Алексей вздрогнул. Его правое ухо заложило.
С характерным шипением граната вырвалась из пластмассового тубуса гранатомета и понеслась к каменному зданию.
Но гранатометчик промахнулся!
Он выстрелил второпях, не прицелившись как следует.
Граната пошла наискосок, по восходящей линии над поймой реки.
Но прямо перед постом стремительная точка вдруг внезапно изменила свое направление, как будто ею кто-то управлял по радио, и врезалась под крышу здания как раз там, где сидел пулеметчик.
Раздался оглушительный грохот, и в воздух полетели осколки камней, повалили клубы дыма.
Другая граната уже не подкачала. Она влепилась точно в кузов «Газона».
Туда же влетела еще одна.
Алексей не хотел смотреть на то, во что превратился «шестьдесят шестой».
Пост был деморализован.
Крики, дым, пыль и беспорядочные автоматные очереди оставшихся в живых боевиков дали понять, что серьезного ответного сопротивления они не окажут.
Можно было идти на прорыв.
*