– Мы немного поговорили, потом пришёл Карло Манчини, и они с Федерикой ушли в бар. Я постояла ещё какое-то время на верхней палубе, после чего спустилась на вторую. Там я видела, как Манчини и Федерика и в самом деле зашли в бар, и пошла на нижнюю палубу. Нашла свободную каюту и уснула. Проснулась из-за того, что звонил Игорь. Я не знаю, что он хотел, выключила слуховые аппараты. Вышла из каюты, потому что скоро должны были объявить результаты. И там… – Ловкина запнулась, сглотнула и на миг прикрыла глаза. – Сначала увидела Игоря и Макса, они спускались по лестнице. Потом прибежала Грассо. Я поняла по их лицам, что что-то случилось. А потом увидела её…
– Всё хорошо, – Мехмет ободряюще улыбнулся. – Спасибо за такой подробный рассказ. Хотите воды?
Последнюю фразу он произнёс на английском, и Ловкина кивнула.
– Да, спасибо.
Мехмет позвонил Ра́бии. Знал, что отвлекает, но больше некого было попросить. Они с Ясином проводили повторный обыск в комнате жертвы, искали одну крошечную вещицу, которая могла пролить свет на личность Сантос и раскрыть все её зашифрованные секреты.
– Привет. Как вы там? Есть подвижки?
– Пока не нашли, но я узнала нечто любопытное. Как раз хотела подняться к тебе и рассказать.
– Отлично. Захвати, пожалуйста, пару бутылок воды. Для меня и для свидетеля.
Джамбар поднял руку, и Мехмет добавил:
– Три. Для переводчика тоже.
– Без проблем, скоро буду.
Он сбросил вызов и снова обратился к Ловкиной:
– Постарайтесь вспомнить, в котором часу приблизительно вы общались с Федерикой Сантос на палубе?
Джамбар перевёл вопрос. Свидетельница задумалась.
– Около семи. Мне как раз пришло сообщение, если хотите, я могу посмотреть время в Ватсапе.
– Буду вам признателен.
Ловкина достала из кармана телефон, провела пальцем по экрану.
– Я получила сообщение в 18.58. Мы с Федерикой уже пару минут общались, потом поговорили ещё минут десять.
– Позвольте мне взглянуть.
Ловкина развернула экран и указала на сообщение, полученное в 18.58. Текст был на русском, но это значения не имело. А вот временную отметку Мехмет перенёс в блокнот. На этом этапе расследования очень важно расписать картину преступления по минутам.
– От кого пришло сообщение?
– От моего друга Кирилла.
– А полное имя и номер телефона? Не переживайте, я его не потревожу, просто важно зафиксировать каждую мелочь.
– Да, я понимаю. Кирилл Разумов, вот номер, – Ловкина открыла информацию о контакте.
– Спасибо.
Мехмет переписал имя и номер в блокнот.
– Теперь вспомните вашу беседу с Федерикой. Что вы обсуждали?
– Ничего особенного. Выпили шампанского, Федерика пожаловалась на плохой интернет, я спросила, понравилась ли ей экскурсия.
Ловкина поёрзала, обняла себя за плечи, а потом сложила руки на коленях. Похоже, волновалась всё сильнее. Чего она дёргается? Одно дело, если её нервирует сам факт допроса, другое – если она причастна к убийству.
– Чуть раньше вы сказали, что переживали за рейтинг. Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее.
Про соревнование и правила первого этапа он уже знал из показаний преподавателей. Грассо также добавила, что они выяснили, кто устроил диверсию с дизлайками. Вопрос, догадывалась ли об этом Ловкина?
– Для того чтобы получить сертификат об окончании курсов, нам необходимо набрать десять баллов. Первое испытание завершилось позавчера. Нужно было опубликовать статью на «реддите» и получить как можно больше лайков.
– Насколько я знаю, вы соревнуетесь не только за сертификат?
– Да. Лучшего студента пригласят на работу в Creative World.
– И как ваши успехи?
– Пока не очень. В первом соревновании я заняла шестое место. Баллы выдавались за первые пять.
Ловкина опустила глаза, и Мехмет задумался на секунду. Важно было правильно сформулировать следующий вопрос, чтобы он не получился наводящим.
– Согласно показаниям ваших преподавателей, изначально вы были на втором месте. Как так вышло, что вы опустились на шестое?
Ловкина внимательно следила за губами Джамбара. Что-то переспросила, он ответил чуть медленнее, похоже, вспомнил наставления Мехмета о том, как нужно общаться со слабослышащими.
– Рейтинг складывался из лайков и дизлайков. Сначала у меня было много лайков, и я вышла на второе место. Но потом количество дизлайков зашкалило, и рейтинг упал.
– С чем вы это связываете?
Ловкина прочистила горло. Да уж, Рабия с водой была бы сейчас очень кстати.
– Либо мой пост не понравился посетителям сайта, либо кто-то из конкурентов не хотел, чтобы баллы достались мне.
– Поясните, пожалуйста, что значит: не хотел, чтобы баллы достались вам?
Он понимал, что она имеет в виду, но для протокола важен развёрнутый ответ.
– Возможно, кто-то намеренно нагнал дизлайки на мой пост.
– У вас есть предположение, кто?
Ловкина уже в который раз убрала прядь волос, задержала пальцы на мочке уха. Эта тема явно была ей неприятна.
– Скорее всего кто-то из вышедших в первую пятёрку.
Мехмет сверился с записями.
– Екатерина Щербак, Федерика Сантос, Карло Манчини, Юрис Янсонс, Таллия Дойл. Верно?
Ловкина кивнула и, немного помедлив, добавила:
