– Три месяца назад Саня предложил Гордееву сделку. Ты и сама знаешь, что с финансами у «Трапезы» не очень, зато с активами всё в порядке. У нас наоборот: активов пока маловато, зато бизнес работает стабильно и профит22 на высоте. Вы умеете производить, мы умеем продавать, вот Саня и смекнул, что самое время объединиться.
Ника не перебивала, молча слушала, хотя Кирилл не сомневался, что у неё сотни вопросов.
– В общем, мы решили провести слияние и три месяца договаривались. В основном Саня и Гордеев, они главные акционеры. Ну и мы с Ромиком тоже внесли свою лепту. Извини, что раньше не рассказал, не хотел зря обнадёживать, вдруг бы сделка сорвалась.
– Но теперь всё уже точно в силе?
– Да. Саня с Гордеевым долго делили сферы влияния, но в итоге договорились. Всё, что касается производства, отошло «Трапезе», сбыт – «Деликатесу».
– А маркетинг? Маркетинг входит в зону сбыта.
– Да. И об этом я тоже хотел поговорить. Мы согласовали план развития на два года, я как раз переезжаю в Краснодар, чтобы курировать маркетинг и продажи. Надо подобрать хорошее агентство, чтобы взяли часть задач на себя, а ты, разумеется, будешь их контролировать.
Он ожидал, что новость её обрадует, но Ника выглядела скорее озадаченной, чем счастливой.
– Агентство? Вы хотите нанять рекламное агентство?
– Ну да. Тебе больше не придётся всё тащить в одиночку. А что не так? Я думал, ты будешь рада.
Ника отставила стаканчик с чаем.
– То есть отдела маркетинга не будет?
– Отдела маркетинга? Зачем? Компания не такая уж большая, гораздо эффективнее нанять агентство. Подожди… – он внимательно посмотрел на неё. – Ты рассчитывала, что в «Трапезе» появится отдел маркетинга?
Ника не ответила, сидела, глядя в стол.
– Ника? Да объясни, что не так?
Она прошептала еле слышно:
– Он обещал.
– Кто? Гордеев?
Ника кивнула. Глаза её подозрительно заблестели.
– Эй, ты чего? – Кирилл пододвинул стул ближе к ней. Взял её руки в свои. – Он обещал тебе отдел?
– Да. Отправил на курсы, сказал, что когда вернусь, смогу сформировать команду. Я так старалась, лекции зубрила, домашки эти делала… а он… просто…
Кирилл прижал её к себе. То есть Гордеев пообещал ей отдел и даже не удосужился сказать об этом им с Саней?!
– Ника, не плачь. Я постараюсь что-нибудь придумать. С Саней поговорю. Ведь это мы разрабатывали стратегическую часть плана, мы не знали про отдел, а Гордеев… не представляю, о чём он думал. Может, закрутился, значения не придал.
– Или ему просто плевать.
Кирилл крепче прижал её к себе. Будь Гордеев здесь, задушил бы собственными руками.
В кармане так не вовремя зазвонил телефон.
– Ответь, вдруг это твой друг по рекламе. Хотя какая теперь…
Она не договорила. Кирилл достал телефон, глянул на экран – и правда Вадик. Он прижал телефон к уху, второй рукой всё ещё обнимал Нику.
– Алло?
– Кирюх, в общем, поковырялся я в вашей рекламе. У меня две новости: хорошая и плохая. Хорошая – я понял, в чём беда. Какой-то гад натравил на твою девушку ботов.
Хорошая новость звучала не очень. Интересно, что Вадим уготовил в качестве плохой?
– Что ещё за боты?
– Ну, знаешь, программы, заражающие телефоны и имитирующие действия простых людей. В общем, таких натравили на вашу рекламу. Они кликают по объявлениям, почти мгновенно сливают весь заложенный на день бюджет – и реклама перестаёт показываться. Поисковики, конечно, это палят, возвращают деньги на баланс, но боты атакуют вновь – и так до бесконечности. В результате реальные пользователи рекламу не видят.
– В общих чертах я понял. И что с этим делать?
– Да в том-то и дело, что ничего, это как раз плохая новость. Только ждать, когда у гада, который оплачивает ботов, закончатся деньги. Но это может занять недели, если не больше.
– Вадик, у нас времени до завтрашнего утра.
– Я понял, друг, но тут ничего не попишешь. Против лома нет приёма. Причём другого лома тоже нет. По крайней мере, я о таком не знаю. Короче, ничего не сделаешь. Вообще. Видимо, это испытание твоя девушка провалит.
– Я понял, спасибо за помощь.
Кирилл попрощался с Вадиком и повесил трубку. Ника выжидательно смотрела на него. Она уже не плакала, но глаза всё ещё блестели от слёз, и Кирилл почувствовал себя последней скотиной из-за того, что вынужден сообщить ей ещё одну плохую новость.
Кирилл ушёл за кофе, а Ника зашла в комнату, закрыла балкон и включила кондиционер. Солнце уже вовсю палило. Она прижалась лбом к стеклу, борясь с желанием позвонить шефу.
Нужно было именно позвонить, не писать, не посылать голосовое сообщение, высказать всё, не слыша его оправданий, обозвать старым лицемером, а потом… Ника стиснула зубы. Что потом? Заявить: «Я увольняюсь»? Смешно, но она даже этого не могла себе позволить! Не могла уйти из компании, в которой больше не хотела работать. Куда уходить? Штудировать вакансии и рассылать резюме? Нет, спасибо, этот сценарий она уже проходила.
