Рейн неуверенно и с опаской приближается к госпоже. Как только она касается пальцев женщины, то окружающий пейзаж резко сменяется на другой.
Проходит полчаса, как две фигуры медленно двигаются по неизвестной для легионера территории. Вокруг простирается довольно мрачный пейзаж, что отчетливо дает понять, что они пребывают не в мире людей. Темная земля, устланная черным песком или пеплом, постоянно дующий ветер, без всяких признаков прохлады и свежести, постоянно застланное небо грозовыми тучами, без какого-либо намека на прояснение.
Лишь в отдалении, легионер замечает одинокие мрачные фигуры, что слоняются туда-сюда, не обращая внимания на других таких же, как они сами.
— Почему госпожа выбрала именно этот путь? — Размышляет легионер. — Разве мы не опаздываем? Разве нам не стоит поторопиться?
Рейн не может понять действий госпожи, а вместе с этим и странности их маршрута. Ведь куда проще было бы сразу переместится во владения ее новой хозяйки, если госпожа умеет шагать сквозь видимое пространство.
Но как бы сильно Рейн не желала узнать ответы на свои вопросы, она все не решается молвить хоть слово, боясь загадочной женщины, что ведет ее в неизвестность.
Одно легионер знает точно, что она довольно быстро начинает уставать. Проходит совсем немного времени, как голод дает о себе знать. Рейн сегодня должна была покормить Юлота, после освобождения из заточения, но момент упущен волею судьбы или злым роком, а значит теперь ей придется терпеть до их пункта назначения.
Марико знает, что куда проще было бы сразу переместится в точку назначения. Но за столько времени службы своей дочери, она привыкла на всякий случай перестраховываться. Потому что прекрасно понимает, что передвижение через весь город такой мощной энергетической массы, как она, не смогут не заметить арны, а значит, не ровен час, как призрачные воины начнут за ней охоту. А ей это не нужно. У женщины нет желания встречаться с кем-либо из них. И не потому, что она боится, нет, а потому не зачем им знать о ее существовании. По крайней мере, пока не время.
Их путь простирается через мертвые земли, сюда не суются ни арны, ни воины, потому что здесь ничего нет. Это место опасно само по себе, не своими обитателями, нет. Здесь разлагаются души, отдавая свое естество до последней капли, никому ненужные и забытые навсегда. Это место опасно своей землей, что неустанно тянет из каждого внутреннюю энергию и только сильное волей существо может противостоять этому.
— Демон? — Неожиданно понимает женщина, что она все это время не одна, и демон не обладает подобной ей волей.
Марико останавливается в тот самый момент, как легионер за ее спиной с грохотом падает на землю. Женщина приближается к девчонке и видит, как множество мелких светящихся ручейков стекаются в землю, насыщая мертвую почву остатками сил легионера.
— Моя ошибка, — шепчет Марико и касается тела девушки. — Если я что-нибудь не сделаю моя дочь будет вне себя от ярости.
Женщине не составляет особого труда вновь переместить себя и демона в другое место. Теперь это оказывается просторное помещение, по своему интерьеру напоминающее древние храмы богов. Как только Марико открывает глаза, то сразу же произносит:
— Мы не потревожим тебя, но нам нужно укрытие. Спрячь меня и это создание на некоторое время.
В ответ никто ничего не произносит, только свечи, располагающиеся по краям, резко вспыхивают и начинают гореть.
— Спасибо, — прижимает ладонь к своей груди женщина и совершает небольшой поклон.
По всему храму проносится ветер, что резким движением поднимает тело демона и перемещает его на тут же появившееся ложе.
— Ей нужно восстановиться, как только она придет в себя и наберется сил, мы покинем это место, обещаю.
Лишь только свечи нервно дергаются в ответ, словно дают согласие. Марико усаживается напротив спящей девчонки и всматривается в нее.
— И это та соплячка, что обворожила господина Ииду? — Задает сама себе вопрос женщина. — Что в тебе такого? Обычный, мерзкий и отвратительный демон. Ни стати, ни власти, лишь размалеванное нежное личико. Юное дитя, что коверкает судьбы и разрушает семьи, без какой-либо на то жалости.
Приблизившись к Рейн, Марико нежным прикосновением пальцев откидывает челку с лица девчонки и проводит пальцами по ее щеке.
— Хотя соглашусь, для демона ты довольно обворожительна. Раньше мне никогда не попадался настолько симпатичный представитель вашего вида. Интересно кем была твоя мать?
На секунду задумавшись, женщина ругает себя за проявленный интерес к юной особе. Огонек в ее глазах затухает, так и не разгоревшись и Марико усаживается обратно напротив спящей. Ее лицо краснеет от смущения, и она произносит вслух:
— Прости, что вновь становишься свидетелем моей слабости.
Храм не отвечает, как и прежде, лишь неровно заставляя играться огню на кончиках тысячи фитилей.
Марико невольно вспоминает сегодняшнюю ночь. Ведь именно из-за того, что произошло в ее доме, женщине приходится направиться за этой малышкой.
