Нет, должность, которую он занимал и, соответственно работа, выполняемая им ежедневно, не тяготили, отнюдь. Но... В родовом поместье де Мор его ждала любимая супруга и маленький сын, которого нарекли Кай. С тот день, когда сын сделал свой первый вдох, Дэмиен твердо решил, что пора бы и ему уже на покой. Ниран, передав правление сыну, отправился в паломничество, дабы успокоить свое сердце и привести душу к гармонии. Странное, конечно, желание для Императора, но Ниран, несмотря на то, что пытался скрыть это ото всех, тяготился последствиями собственных ошибок. Даже не смотря на то, что никто не смог бы выйти из тех ситуации без определенных жертв.
Так или иначе, пришло время провести обряд посвящения Луки Редж и можно складывать с себя обязательства. Поморщившись, Дэмиен покачал головой - придется подождать, пока ситуация на Юге не разрешится и уже после уходить на покой. Для Луки же, так же как и для юного де Сэя, Юг станет "боевым" крещением.
Стоило лишь вспомнить дорогого ученика, как дверь в кабинет тихо отворилась и в полутемное помещение, легкой тенью, проскользнул Лука Редж. Широко улыбнувшись наставнику, Лука поклонился и, не дожидаясь приглашения, занял один из стульев, расположенных напротив огромного стола.
Дэмиен, с легкой улыбкой кивнул Луке и усевшись напротив, суховато спросил:
- Как дела на Западе?
Пожав плечами, Режд ответил:
- Все спокойно. Чего не могу сказать о Юге.
Кивнув, Дэмиен нахмурился:
- Доходили слухи?
- Не то, чтобы слухи... Скажем так - легкое предчувствие.
Проведя ладонью по волосам, Дэмиен ответил:
- Ну что же... Хорошо, что ты обратил на это внимание.
- Ты за этим пригласил меня?
Де Мор отрицательно покачал головой и ответил:
- Нет.
- Слушаю.
Посмотрев пристальным взглядом в лицо ученика, де Мор кивнул со словами:
- Я хочу назначить тебя старшим смотрящим. Возражения?
Задумавшись на некоторое время, Лука отвел взгляд в сторону. Обязанности старшего смотрящего практически ничем не отличаются от обязанностей начальника тайной службы, с тем лишь исключением, что ответственности немногим меньше, ну и ответ есть перед кем держат, за принятые решения. Уже давно Дэмиен поставил Луку в известность о намерении сделать его своим преемником и сейчас, когда Тифар оказался в столь двояком положении - предатель на службе Императора, Лука не посмел бы отказать, даже если бы хотел. В тоже время, как только Дэмиен решит уйти на покой, старший смотрящий примет на себя его обязанности - единственное, чего Лука не желал абсолютно. Ему уж лучше быть незаметной тенью, прятаться во тьме и тихо следить за тем, чтобы враги короны не набрали силу. Если бы ему кто-то предложил, он бы, наверное, составил компанию изгнаннику Тифару. Так оно проще, да и веселее по Империи мотаться, нежели заседать в пустом кабинете, зарывшись в бумажки.
Слегка прищурившись, Лука кивнул - Дэмиен не настолько глуп, чтобы сложить с себя обязанности сейчас, когда на Юге зреет что-то непонятное. Своим вопросом Дэмиен поставил Луку в тупик, выход из которого был один - принять на себя предложенные обязанности. А ведь он так хотел еще немного побродить по Империи... Де Мор, практически, впился в незащищенное горло своего ученика острыми клыками, не давая возможности "отвертеться" - слишком многим Лука был обязан де Мору, духу бы не хватило отказать. И, вероятнее всего, Дэмиен прекрасно об этом догадывался, потому что заданный им вопрос прозвучал скорее как утверждение.
Побывав во всех Заставах, Лука все равно не смог составить точную картину происходящего на Юге - слишком большой отрезок времени это все длится, слишком мало информации. Заговорщики, обычно, не так терпеливы - соберутся с силами и вперед - на Черный Замок, потрясая пиками и оружием. Сейчас же... Сколько Лука не пытался понять, что именно зреет на Юге, так и не пришел к определенному выводу. А атмосфера медленно, но верно накалялась... Самым глупым в этом может быть то, что такие "долгозреющие" восстания чаще всего оказываются "пустышками" - люди, да и Ааш'э'Сэй, чего уж скрывать, со временем настолько свыкаются с самой идеей восстания, что в какой-то момент это уже становится едва ли не частью их жизни и быта.
Другими словами недовольные, поначалу изнывающие от ненависти и желания изменить положение дел, по какой-то причине отказываются делать первый шаг. Возможно опасаясь того, что недостаточно подготовлены, а может желая избавиться от назойливого внимания начальника тайной службы, кто знает? Так или иначе, им приходиться на некоторое время "усмирить" свое недовольство, дабы не быть схваченными до того, как успели предпринять хоть что-то. Но, они все равно продолжают собираться в своих "тайных" убежищах, обсуждать план, вновь и вновь изменяя то, что им кажется ошибочным. Если это продолжается относительно недолго - год, два, пусть даже пять лет, в урочный час недовольные, пусть уже и с меньшей страстью, возьмутся за оружие.
