— Телефону?! Дурак! А ты не подумал, что это японские агенты вклинились в линию! Идиот, на кого работаешь? Война на носу! Я тебя под трибунал отдам! — грозил Люшков.
— Я-я разберусь. Я-я разберусь. Я… — потерял голову начальник погранотряда.
— И немедленно! Высылай наряд на линию и пусть ищет подключение. Сам поступаешь в мое распоряжение и обеспечиваешь «окно» на границе! У меня важная встреча с закордонным агентом. Ты меня понял?
Капитан продолжал топтаться на месте.
— Ну, чо стоишь, лом проглотил? Давай, давай шевелись, а то под трибунал загремишь! — подгонял Люшков.
Начальник погранотряда встрепенулся и на негнущихся ногах затрусил к штабу. Люшков, не выпуская из рук портфель с документами, не отставал от него ни на шаг. Поднявшись к дежурному, капитан распорядился поднять «В ружье» группу подвижного резерва и направить на обследование линии связи, потом взял двух бойцов из бодрствующей смены и присоединился к Люшкову. Возвратившись к машине, они выехали к границе. Через несколько километров хорошо укатанная лесная дорога перешла в лежневку. Под колесами потрескивали бревна, хлюпала вода, а скорость упала до черепашьей. У Люшкова иссякло терпение, и он спросил:
— Капитан, сколько осталось до границы?
— По прямой около километра, а по дозорной тропе где-то полтора, — доложил тот.
— Миша, остаешься здесь и ждешь нас! — распорядился Люшков.
— Есть! — принял к исполнению водитель.
— Наряд, к машине! — приказал начальник погранотряда.
Два пограничника заняли позицию у дозорной тропы. Капитан присоединился к ним и вопросительно посмотрел на Люшкова. Тот выбрался из машины, под ногами утробно чавкнуло болото, размял затекшие ноги и поторопил:
— Чо стоим, капитан, веди к границе!
— Есть! — ответил тот и спросил: — Разрешите уточнить, товарищ комиссар госбезопасности 3‐го ранга, к какому участку?
«Вот же, зараза! Откуда ты такой дотошный выискался?» — костерил его в душе Люшков и сердито буркнул:
— Веди к нейтралке, а там видно будет.
— Есть! — произнес капитан, обернулся к пограничникам и приказал: — Наряд, слушай мою команду: младший сержант Сергеев возглавляет движение, рядовой Иванов замыкает движение. Расстояние между основной группой не более 20 шагов. При обнаружении опасности подать условный сигнал: дважды крякнуть уткой и взять оружие на изготовку. Стрелять только по моей команде. Ясно?
— Так точно, товарищ капитан! — в один голос ответили Сергеев и Иванов.
— Наряд, по местам!
Пограничники заняли свои места согласно боевому расчету. Капитан стал перед Люшковым и дал команду:
— Шагом марш!
«Слава богу, теперь они меня не догонят! — с облегчением вздохнул Люшков, шагнул вперед и спохватился: «А портфель?!» Обернувшись, он окликнул водителя:
— Миша!
— Я, Генрих Самойлович! — откликнулся он.
— Тащи портфель!
— Щас, Генрих Самойлович! Щас! — Михаил нырнул в машину, схватил портфель и напролом через кусты ринулся к Люшкову.
Забрав у него портфель, Люшков занял место в строю, и они двинулись к границе. Через сотню метров под ногами появилась твердая почва. Дозорная тропа вывела к сопке и змейкой запетляла по ее восточному склону. У ручья головной дозорный остановился. Люшков насторожился. Справа, как ему показалось, раздался шорох и под неловкой ногой треснул сучок. Его рука скользнула к кобуре с пистолетом. В блеклом лунном свете словно из-под земли возникло два силуэта и в воздухе прошелестело:
— Пароль!
— Хабаровск, — назвал Сергеев.
— Амур, — ответил старший секрета.
— Как обстановка, Зайцев?! — спросил начальник погранотряда.
— Товарищ капитан, за время несения дежурства нами не обнаружено признаков нарушения государственной границы СССР, — доложил тот.
— Хорошо, продолжайте службу! Обращаю ваше внимание…
— Капитан, не время для инструктажа! Я опаздываю на явку! — перебил его Люшков и потребовал: — Давай вперед!
— Есть! — принял к исполнению начальник погранотряда и распорядился: — Сергеев, продолжаем движение!
Они прошли еще около двухсот метров, лес расступился и впереди в предрассветном полумраке возник пограничный столб. Люшков забыл про страх и усталость, ноги сами несли его к границе. Ему оставалось сделать всего каких-то двести шагов, чтобы избавиться от смерти, ее леденящее дыхание он ощущал на своем затылке. Забыв об осторожности, Люшков оттолкнул начальника погранотряда в сторону и устремился к границе.
Тот бросился за ним вдогонку и, не решаясь остановить, срывающимся голосом повторял:
— Вы куда, товарищ комиссар госбезопасности 3‐го ранга?! Вы куда?! Там может быть засада!
Люшков налетел на Сергеева, едва не свалился на землю и отрезвел. С трудом взяв себя в руки, он внезапно осипшим голосом произнес:
— Капитан, я ж тебе русским языком говорил: у меня явка с агентом срывается! А ты ползешь как черепаха.
— Товарищ комиссар госбезопасности 3‐го ранга, но я же…
— Кончай болтать, давай вперед! — прорычал Люшков.
— А-а куда, товарищ комиссар госбезопасности 3‐го ранга?
— Ну, не к япошкам же!
— Так куда?
— На кудыкину гору! Доложи основные ориентиры на участке, и я скажу куда!
