Становление спецслужб советского государства. 1917–1941 гг. полностью

«…Я хочу разъяснить, что я не коммунист и не большевик, я — определенный капиталист и индивидуалист… Россия движется вперед, в то время, как слишком много наших заводов бездействует и примерно 3 млн нашего народа ищут в отчаянии работы. Пятилетку высмеивали и предсказывали провал. Но вы можете считать несомненным, что в условиях пятилетнего плана сделано больше, чем намечалось… Не пытайтесь недооценивать русских планов и не делайте ошибки, надеясь, что Советское правительство может провалиться… Сегодняшняя Россия — страна с душой и идеалом. Россия — страна удивительной активности… Быть может, самое главное, важное — в том, что вся молодежь и рабочие в России имеют одну вещь, которой, к сожалению, недостает сегодня в капиталистических странах, а именно — надежду» (История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941–1945 годов. Т. 1. С. 55. М., 1963).

Джарви — до мозга костей капиталист, но которому не откажешь в уме и прагматизме, увидел главный стержень советской России — новый дух нации и мобилизационный характер экономики. Именно «вся молодежь и рабочие», воспитанные в любви к Отечеству и свято верящие в идеи социализма, в час тяжких испытаний 1941–1945 годов спасли страну от порабощения и уничтожения.

Подтверждение тому можно найти и в воспоминаниях Павла Анатольевича. В частности, он писал:

«…Мое восприятие событий того времени (революции. — Примеч. авт.) можно считать типичным для семей с низким достатком, которым нечего было терять. Вполне естественно, я всей душой поверил, прочтя «Азбуку революции», что общественная собственность будет означать построение справедливого общества, где все будут равны, а страной будут управлять представители крестьянства и рабочего класса в интересах простых людей, а не помещиков и капиталистов» (Судоплатов П. Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930–1950 годы. С. 16).

Оказавшись в полной изоляции, в кольце врагов, власть большевиков не капитулировала перед ними, так как опиралась на доверие и поддержку подавляющей части населения. Рабочие, крестьяне и значительная часть интеллигенции видели в ней свою кровную власть. Она вместе с ними воплощала в жизнь мечту-надежду о справедливом обществе с равными возможностями для всех. Она пробудила дремавшую в народе колоссальную созидательную и творческую энергию. И он — народ — совершил невозможное, нашел в себе силы киркой и лопатой поднять страну из ужасающей восьмилетней разрухи после Первой мировой и братоубийственной Гражданской войны. Своим самоотверженным трудом он опроверг все пессимистические прогнозы ненавистников советской власти, отводивших ей не более нескольких лет. Она утвердилась на гигантской территории всерьез и надолго. То, что за двадцать с небольшим лет совершили наши деды, отцы и матери, иначе, как историческим подвигом не назовешь

Таков был феномен того времени и таков был феномен той советской власти. Пережив чудовищные репрессии и одновременно добившись невиданных успехов в экономике и духовной сфере, страна в раздвоенном состоянии подходила к своему главному испытанию — Великой Отечественной войне. Ее грозные всполохи все более отчетливо вспыхивали как на восточных, так и на западных границах. Угрозу грядущей агрессии фашистской Германии и ее сателлитов усиливал раскол в международном коммунистическом движении. Идеолог глобальной всемирной революции Троцкий и его окружение, ослепленные ненавистью к Сталину и опираясь на финансовую поддержку магнатов из США, готовы были на все, даже на союз с дьяволом ради того, чтобы сокрушить его и разрушить модель «сталинского социализма».