Поэтому рекомендации Сталина по ликвидации Коновальца в НКВД были приняты как руководство к действию. Слуцкий и Шпигельглаз с участием Павла приступили к разработке операции, она получила кодовое название «Ставка». Исходя из того положения, какое к тому времени он занимал в иерархии ОУН, а также учитывая его близость к Коновальцу, выполнение задания Сталина, как представлялось Ежову и Слуцкому, не требовало каких-то сверхусилий. Павел, два года назад внедренный в ОУН, проявив незаурядные артистические способности и хладнокровие, выдержал все коварные проверки националистов и с течением временем стал не просто доверенным лицом Коновальца, а его глазами и ушами на Украине.
Исходя из этого, Слуцкий и Шпигельглаз остановились на двух вариантах выполнения задания. В первом, при благоприятно складывающейся обстановке, Павел должен был застрелить Коновальца из пистолета, во втором — ликвидировать с помощью взрывного устройства, вмонтированного в «ценный подарок». Взвесив все за и все против, они остановились на втором варианте. Он позволял существенно снизить риск захвата Павла охраной Коновальца. Кроме того, взрыв уничтожил бы все улики и бросил бы тень на конкурентов Коновальца за власть в ОУН. И если «подарок Коновальцу» не вызвал споров — учитывалась его «шоколадная» страсть, он виделся в виде коробки конфет, то сама его конструкция потребовала от специалистов отдела оперативно-технических средств недюжинной смекалки. Они успешно справились с этой непростой задачей, а вот с типом взрывателя им пришлось изрядно поломать голову.
Позже Павел Анатольевич так вспоминал об этом:
«…
Основной разработчик «шоколадной мины» и взрывного устройства, сотрудника отдела оперативно-технических средств Александр Тимашков, отказавшись от часового механизма, предложил использовать химический детонатор, который бы сработал при изменении положения коробки из вертикального на горизонтальное. После его изготовления и неоднократных проверок на специальном полигоне предложенная Тимашковым конструкция показала исключительную надежность и точность работы механизма. Но не столько результаты многочисленных успешных испытаний «шоколадной бомбы», сколько предстоящий отчет перед Сталиным заставил руководство НКВД перестраховаться и командировать на выполнение задания вместе с Судоплатовым самого Тимашкова.
Решить данную задачу для Шпигельглаза не составило большого труда. Капитан грузового корабля «Шилка» был надежным и проверенным не в одном деле человеком и все хватал на лету. Во время предыдущих выездов Павла за границу для встреч с Коновальцем капитан умело поддерживал легенду прикрытия, и за все время никто из состава экипажа «Шилки» так и не догадался об истинной роли Судоплатова и содержании выполняемых им разведывательных заданий. Тимашков, так же как и Павел, по факту исполнявший обязанности радиста, под легендой технического специалиста был включен в состав судовой команды грузового корабля «Шилка».
Непосредственно перед отъездом на задание нарком Ежов решил лично провести инструктаж Судоплатова. В сопровождении Шпигельглаза он прошел в приемную, в ней они не задержались. Помощник предупредительно распахнул перед ними дверь. Первым в кабинет вошел Шпигельглаз, за ним последовал Павел и застыл у порога. Ежов стремительно встал из-за стола, прошел к ним навстречу, энергично поздоровался за руку и затем кивнул на стол для заседаний. Они подождали, когда он сядет, и заняли места перед Ежовым. Он строгим взглядом пробежался по Шпигельглазу, задержал на Судоплатове и после долгой паузы спросил:
— Товарищ Судоплатов, вы готовы выполнить задание и уничтожить заклятого врага советской власти и наймита мирового империализма Коновальца?
Павел вскочил. Ежов махнул рукой и повторил вопрос:
— Товарищ Судоплатов, так вы готовы выполнить задание и уничтожить заклятого врага советской власти и наймита мирового империализма Коновальца?
— Так точно, товарищ Генеральный комиссар государственной безопасности! — доложил Павел.
— И не просто задание, а задание товарища Сталина! Вы понимаете всю меру ответственности, товарищ Судоплатов?
— Так точно, товарищ Генеральный комиссар государственной безопасности!
