Становление спецслужб советского государства. 1917–1941 гг. полностью

«…Он в значительной степени несет ответственность за организацию и активную деятельность созданных по указанию из Москвы групп саботажников в Германии, Норвегии, Швеции, Дании, Голландии, Бельгии, Франции и бывших прибалтийских государствах-лимитрофах. Он осуществлял в широких масштабах закупку и транспортировку взрывчатых веществ и других материалов для саботажа и располагал большими денежными средствами, ассигнованными Коминтерном для финансирования этой организации и для оплаты агентов. После вступления немецких войск в Осло в мае 1940 года Волльвебер бежал в Швецию».

Касаясь результатов деятельности «лиги Волльвебера», Гейдрих отмечал, что:

«…Деятельность этих, распространившихся на всю Европу, коммунистических террористических групп включает в себя акты саботажа против 16 немецких, 3 итальянских и 2 японских судов, которые в двух случаях привели к их полной потере».

Проверяясь по пути, Павел не обнаружил за собой слежки и вышел на явку с Волльвебером. Она состоялась в небольшом ресторане неподалеку от порта. Среди немногочисленных посетителей он и без фотографии безошибочно бы узнал резидента Антона. Время и испытания не слишком изменили его, разве что черты лица стали более жесткими, а взгляд более тяжелым. Обменявшись паролями, они заняли свободный столик, с него хорошо просматривались весь зал, вход, и сделали заказ. Подождав, когда официант удалится, Павел передал Волльвеберу зашифрованное задание, деньги — три тысячи долларов и приготовился выслушать отчет. Он не занял много времени, содержащиеся в нем цифры потерь, понесенных фашистами при транспортировке грузов и оружия для армии Франко в Испании, говорили сами за себя. Соблюдая конспирацию, они дождались, когда официант принесет заказ и, пообедав, расстались, не подозревая, что изменчивая военная судьба снова сведет их вместе в борьбе с общим врагом — фашизмом, на этот раз на советской земле в составе Особой группы при наркоме НКВД — 4‐го управления НКВД СССР.

Эрнст Волльвебер — этот неординарный человек и пламенный коммунист оставил в памяти Павла Анатольевича заметный след. Спустя годы он так написал о нем:

«…Волльвебер произвел на меня сильное впечатление. …Организация Волльвебера сыграла важную роль в норвежском Сопротивлении. Волльвебер и его люди, вернувшиеся в Москву в 1941–1944 года, помогли нам в вербовке после начала войны немецких военнопленных для операций нашей разведки.

После окончания войны Волльвебер некоторое время возглавлял министерство госбезопасности ГДР. В 1958 году в связи с конфликтом, возникшим у него с Хрущевым, Ульбрихт (Глава ГДР. — Примеч. авт.) сместил Волльвебера с занимаемого поста» (Судоплатов П. Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930–1950 годы. С. 41–42).

Волльвебер поплатился за то, что прямо и открыто говорил в глаза партийным функционерам ГДР об ошибках в стиле их руководства, который приобретал все более авторитарный характер, работа с населением становилась все более бездушной и формальной. Он, не один раз смотревший смерти в глаза, по-другому поступить не мог и за это поплатился. Такова была благодарность партийных вождей тем, кто служил идее и народу и не рвался к должностям и материальным благам.

Выполнив первую часть задания, Павел приступил к осуществлению главной и основной его части — подготовке к ликвидации Коновальца. Здесь же, в Бергене, он по телефону связался с ним. Само начало разговора поставило под угрозу выполнение задания Сталина. Павел Анатольевич так вспоминал об этом: