Андрей, потерев шею, пошел к сарайке за лопатой. Пока не сделалось жарко и солнце не начало печь в полную силу, надо было успеть вскопать грядку. Бабушка Зина хотела посадить редиску для второго урожая и, кажется, еще что-то. Там, за теплицей, места было мало и копать было не то чтобы неудобно, а некомфортно. С одной стороны забор, с другой, в метре от забора, теплица. Находиться в зауженном пространстве Андрею не нравилось, но клаустрофобией он не страдал. Года два назад ему вообще пришлось спускаться в пустой колодец – туда свалился котенок, и желающих достать животное, кроме Андрея, больше не нашлось.
Вскопав половину небольшой грядки, Андрей остановился и посмотрел на небо. Оно было чистое, только солнце своими жаркими лучами разлилось по его светлой голубизне. Тишину утра пока никто не тревожил, а щебетание птиц гармонировало с тишиной.
«Как в лесу…» – вдруг подумал Андрей. И желтые березы с тенью человека в капюшоне, бродившей где-то рядом, более отчетливо, чем в прошедшие только что минуты, забеспокоили Андрея. Весь этот длинный сон со своей живописной, теплой осенью только мешал. И дело было не столько в самой осени, против нее у Андрея совершенно ничего не было, сколько в реалистичной густой атмосфере сна, которая перевалилась в явь. Загадочная, успокаивающая, убаюкивающая, полная диких тайн, с внезапными приступами паники и сумасшествия – вот какова была атмосфера.
Андрей вздохнул, поняв, что не властен вмиг избавиться от последствий сна. Он продолжил перекапывать грядку. А немного погодя…
– Да что же!.. Откуда здесь взялись грабли!.. – послышался девичий, такой приятный, громкий и полный возмущения голос.
Андрей зацепился за этот голос и, стоя возле теплицы, стал оглядываться. Он доделал работу и собирался идти в дом, завтракать. Кого-либо услышать или увидеть он не рассчитывал. Это довольно странно. Не самонадеянно, а именно странно. У Андрея иногда получалось выдавать такие странные вещи. И причем их появление, откуда и почему они берутся, было нельзя понять и объяснить. Андрей, лишь так или иначе, думал и делал. А видел только свое большое или не очень удивление от того, что его мысль шла в разрез с происходящим вокруг действием или полностью противоречила чьему-то мнению. Сейчас вот так и вышло. Пришла к нему мысль, что в огороде и на всей улице тихо, как в лесу и тут же, как само разумеющее, образовалось ощущение, что пока он здесь – у бабушки в огороде – так и простоит тишина и ни один человек не сможет ее потревожить. Совершенно нелогично и практически невозможно, пусть и улица расположена на окраине в самом глухом и старом уголке городка. Но Андрей смог удивиться, что какая-то, и, судя по голосу, красивая девушка потревожила тишину и будто бы разбудила улицу. И опять же. Он уже успел напустить на себя уверенности, что девушка красивая!..
Высунув голову, дабы пытаясь углядеть девушку, что почему-то не спала в ранние часы, а судя по голосу уже активно бодрствовала, Андрей не сходил с места. Он пристально всматривался на соседский участок, но рассмотреть там человека никак не мог.
Прошло пару минут. Андрею вдруг показалось, что он ни туда смотрит, потому никого и не видит. Бросив пустое занятие, он взял лопату и пошел к сарайке.
По тропинке к дому тети Розы, быстро прошла девушка. Она была стройна, в коротких спортивных шортах и серой футболке, на голове у нее, подпрыгивая в такт шагов, был заделан легкий пучочек. Перед крыльцом она резко остановилась и наклонила голову вниз, стянула резинку с волос, помотала головой и, запрокинув ее назад, легкими же движениями руки потрепала вьющиеся пушистые волосы, вроде бы как поправила прическу. Светло-русые, по плечи волосы, на солнце ее голова была похожа на распушившийся одуванчик.
Андрей, невольно остановившись у отцветшей яблони, с живейшим интересом наблюдал за незнакомкой. Он никогда раньше ее не видел. Он вообще не помнил, чтобы к тете Розе приезжала гостить какая-нибудь девушка, а годами ранее девочка. Андрей точно знал, что у бабушкиной соседки есть два внука, чуть помладше его. О внучке же он ни разу не слышал.
А девушка, кажется, успокоившись и всем удовлетворившись, легко и быстро зашла на крыльцо и скрылась за дверью.
Андрей же, чуть одурманенный, машинально сделал шаг к яблоне и оперся рукой о ствол дерева. Девушка его не заметила. Зато он сразу, только увидев ее, прочувствовал некое тонкое восхищение и пожелал еще раз ее увидеть. Сам еще того не осознавая, но потянулся к ней. И что-то в ней показалось ему таким необычным и в тоже время именно таким, каким и должно было быть.
Андрей не понял сам себя. Что сейчас такого случилось, чтобы это вдруг как-то смогло повлиять на его планы и в принципе на рабочий настрой? Ничего!..
Но за завтраком, доедая бутерброд с маслом и сыром, он все-таки не удержался и спросил:
– Баб, а к теть Розе приехал, что ли кто?
– Чего? – почему-то не расслышала бабушка.
Она стояла у плиты и увлеченно мешала рассольник. Андрей любил рассольник, а бабушка любила его готовить для Андрея.
– У теть Розы Андрей приехал?
