Андрей усмехнулся своей фантазии и, приподнявшись на кровати, призадумался. Всё и сразу охватил он мысленно. Прошлое, настоящее и будущее… Очень объемным показалось ему всё вместе. Объемным, целостным и правильным. И никак не получалось остановиться на чем-то конкретном. Мысли легко и быстро перелетали, словно бабочка с цветка на цветок, от одного события к другому. И, казалось, не было никакой возможности остановиться на одной из них. Вот он едет домой, а впереди летние каникулы и последний курс института. Тут же почему-то вспомнилась быстрая встреча с Олесей у дверей магазина. Заросли вишни у бабушки в огороде, которые все-таки он проредил, вырубив старые, сухие ветки. Андрей ясно представил себя за работай в саду, а потом в руках со старым ковшом полным переспелой вишни. Где-то сквозь туман увиделся ему дом тети Розы и Настина улыбка, пропитанная чем-то позабытым и совсем ненужным появилась по ту сторону забора. Забор представился новый, сделанный из мелкой сетки-рабицы, и чтобы вспомнить старый деревянный требовалось приложить усилия. Полинин смех и знакомство с его родителями, с которыми Полина уже оказалась знакома. И только Андрей никого и ничего не знал. Полина… Ранняя весна. Сырой промозглый вечер. Они идут вдвоем… он хорошо помнил, что они шли к ее дому. А на тротуаре каша из сырого снега, ноги в ней тонут, пробуксовывают то назад, то куда-то вбок. И идти совсем неудобно. Где-то далеко мелькает мысль, что очень хорошо бы сейчас гулять по сухому освобожденному ото льда и снега асфальту. Но мысль теряется и тонет, но тонет не в снежной каше, а в глубинах сознания, в которых так и останется. А сырой воздух и, казалось, бесконечное желание слушать Полинины рассказы… Андрей тихонько рассмеялся. Нужно было идти за вареньем. Он встал с постели и не спеша стал собираться.
Сегодняшний вечер был таким же прекрасным, как и тот, уже минувший. Только сегодня было много больше свободы. Тогда, месяца полтора назад, они долго стояли возле потемневших от влажного воздуха кустов вишни, сирени и еще какого-то густо разросшегося кустарника. Тогда, яркие лучи уходящего солнца на минуту вышли из-за горящих багровым огнем облаков и вольно прошлись по плотно укрытому снегом чьему-то участку, зашли в дом и никого там не обнаружив, будто растворились в темных углах комнаты, под кроватью и большим старым шкафом. Андрей не знал, чей это был дом. Но увлеченные друг другом они остановились на раскисшей дороге, чуть придвинувшись к чему-то забору. И тут Андрей как будто случайно поцеловал Полину, прервав ее рассказ о прошлогодней поезде к бабушке. Рассказ был интересный, но Андрею, как только они сегодня встретились, очень хотелось ее поцеловать. И он всё ждал. Какого-то момента, когда она перестанет быть настолько веселой и увлеченной разговором, что наконец-то разглядит его желание и несколько иное, нежели у него настроение. Полина будто не она секунды назад живо и во всех красках вела рассказ, вдруг обняла Андрея, повисла у него на шее и замерла.
– Смотри! Солнышко!.. – вдруг отстранившись, произнесла она и устремила свой взгляд на горизонт. Андрей посмотрел на запад, но успел еще разглядеть заискрившейся под ногами, но безоговорочно тающий снег. Вместе с Полиной он проводил за горизонт выглянувшее солнце, что яркостью ударяло им в глаза.
– Солнышко, – произнес Андрей, когда последний луч солнца торопливо спрятался за тучу.
«Солнышко…» – подумали оба.
Откуда-то взявшаяся на раскисшей дороге машина приближалась к них, проделывая новую петляющую колею по серой снежной каше. Они молча дождались, когда машина их обрызгает, но не с головы до ног и не нарочно, а лишь потому, что по-другому и проехать никак не получится на расплывающейся по весне узкой улочке. Как только джинсы и низ куртки покрылись крапинками грязного снега, Андрей с Полиной серьезно посмотрели друг на друга и продолжили целоваться в наступившем промозглом вечере только-только пришедшей весны.
Это всё было месяца полтора назад… Витая немного в том дне, но всё больше здесь – в дне сегодняшнем, Андрей спустился в погреб. Какое варенье лучше было взять? Клубничное или вишневое? Сам себя спрашивая, Андрей призадумался.
«Наверное, Полина меня уже заждалась» – подумал он и, перестав выбирать, взял две полулитровые баночки и пошел в дом.
Андрей, теряясь во времени, ожидал увидеть Полину, сидевшую за столом, а рядом – на столе на широкой тарелке – горку румяных блинов. Полина наверняка его ждет и легонько дует на горячий чай. Она очень терпеливая и в ней есть что-то правильное.
Аромат блинов с порога подогрел догадки Андрея. Он заспешил на кухню, но к огромному своему удивлению увидел только один блин на тарелке и Полину с миской и ковшом в руках, наливавшую тесто на сковородку.
– Так мало? – удивился он.
– Чего мало?
– Я думал, что ты уже все блины перепекла.
