шиеся, отработав днем смену на свинофермах Речного Вокзала,
вечерами развлекались по своему разумению. Нюта, Крыся и Ки-
рилл вскоре устали и отправились в палатку. Там они вспомнили
про обувь, которая до сих пор лежала в рюкзаках, и все трое при-
нялись разглядывать добычу. К удивлению Нюты, красные туф-
ли сидели на ней как влитые. Ботинки Кирилла оказались ему
немного велики, но он тут же заявил, что это не беда: намотает по-
больше тряпок на ногу — и теплее, и надежнее. Хуже всего оказа-
лось Крысе: она прихватила изящные черные туфельки, но те
оказались не только безнадежно велики ей, но и были на высоком
тонком каблучке. Нюта предложила подруге с утра попробовать
выменять на что-нибудь полезное, но Крыся, чуть не плача, наот-
рез отказалась расставаться с такой красотой.
Сквозь сон они еще долго слышали то песни, то споры, то пья-
ные выкрики, то женский визг. Пару раз даже гремели выстрелы,
но, судя по всему, анархисты просто палили в воздух от избытка
чувств.
Во сне Нюта видела город наверху. Такой, каким он мог быть
до Катастрофы. Светило солнце, отражаясь в чисто вымытых ок-
нах высотных домов, в витринах магазинов виднелись нарядно
одетые куклы, по рельсам ехали трамваи, которые обгоняли раз-
ноцветные автомобили. В парке возле водохранилища росли не-
виданные яркие цветы. Нюта вдруг оказалась на противополож-
ном берегу, возле самого дворца. Со второго этажа кто-то механи-
ческим голосом звал: «Приглашаем вас на увеселительную
прогулку по воде». К причалу подходил нарядный белый катер.
Девушка охотно взошла на палубу, и катер тут же начал отчали-
вать, словно дожидались здесь только ее. Но в этот момент солн-
це зашло за тучу, и все вмиг преобразилось: налетел холодный ве-
тер, все вокруг стало серым. Увидев на палубе сидящего челове-
ка, Нюта шагнула к нему. Тот обернулся на звук ее шагов и
оказался мертвецом с обглоданным лицом, которого они видели
на катере. Он молча указал вдаль рукой, на которой не хватало
тех же пальцев, что и у Павла Ивановича. Проследив за ней
взглядом, Нюта увидела прямо по курсу катера громадную рас-
пахнутую пасть, которая всасывала в себя воду. В панике она ог-
лянулась, нельзя ли, пока не поздно, спрыгнуть в воду и вплавь
добраться до берега? Но ведь Нюта не умела плавать, а в воде ки-
шели черные блестящие тела и скалились острыми зубами че-
шуйчатые треугольные головы. Девушка подняла глаза — со вто-
рого этажа дворца на нее приветливо глядел скелет, продолжая
бормотать что-то про незабываемую прогулку, а потом вдруг от-
четливо произнес голосом овражного отшельника: «Не бойся,
умирать совсем просто. Не труднее, чем водить мотоцикл. Прав-
да, Марусенька?..»
Одним словом, Крыся снова проснулась среди ночи от крика
подруги и битый час пыталась ее успокоить.
* * *
Наутро, когда путешественники встали, темноволосый Валет
был уже тут как тут. Он отвел их позавтракать, а потом принялся
показывать станцию. С особой гордостью продемонстрировал
тренажерный зал с самодельными штангами и гантелями, пару
раз демонстративно подняв самую массивную. Нюта понимала:
анархист старается произвести впечатление на ее подругу, и Кры-
се, судя по всему, его внимание льстило.
Все было бы хорошо, если бы не Кирилл. Ему было явно неу-
ютно в обществе шумных обитателей Гуляй Поля. К тому же за
ним повадился ходить по пятам тот самый тщедушный анархист
с воспаленными глазами, который говорил о мертвых душах. От-
ловив Кирилла и взяв его за пуговицу, он начинал, озираясь,
втолковывать, что отшельник из оврага на самом деле темный
колдун, потому-то ему и не страшна никакая радиация. Дескать,
старик нарочно направил их в обход канала, потому что стережет
страшный секрет: между западным и восточным мостом канала,
где они сначала собирались пройти, находится одно из мест силы.
Человек, побывавший там, набирается невероятной энергии и ис-
целяется от всех болезней, даже если не подозревает об особен-
ных свойствах этой местности. А колдун специально охраняет
эти места и не дает людям приближаться к ним.
— Я еще мальчишкой там бывал — запредельное место! — го-
рячился мужичонка, брызжа слюной. — Там, где кончается ка-
нал, начинается заросший склон, а по нему гигантские трубы
проложены. И на склоне то какие-то ржавые лестницы, то сту-
пеньки каменные, покрошившиеся, и все это кустарником за-
росло. А на берегу канала старый заброшенный завод — корпу-
са все черные, словно там пожар бушевал. И еще местные гово-
рили, что до Катастрофы там каждую ночь гудело что-то, да
страшно так...
Кирилл пытался увернуться, но анархист снова настигал его и
втолковывал:
— А сам канал тоже не случайно выкопали. Я при всех такое
говорить не стал, но только его не только копали заключенные, но
и проектировали совсем непростые люди. Если по карте линию
провести и этот канал продолжить, то другой ее конец упрется
как раз в Стоунхедж! Это в Англии, капище друидское! Чуешь, к
чему все клонится? Ты, я вижу, и сам человек непростой, ученый.
Другой бы от колдуна живым не ушел...
От таких разговоров у парня потихоньку начинала ехать крыша.
Нюта между тем пользовалась любым случаем узнать поболь-
