– Погодите, – сказала Стефания. – Вас просят срочно подойти в медотсек.
– Откуда ты знаешь? – спросила Мэллори и буркнула себе под нос: – Как же меня задолбало вытягивать все клещами.
– Гнейсы общаются при помощи вибраций, ты это знаешь, – сказала Стефания. – Медсестры просили передать, что им нужна помощь с человеческой анатомией. Они не понимают, что делать с вашими внутренностями.
– Неужели мы единственная раса с кровью и органами? – сказала Мэллори, но отвела от Ксана пронзительный взгляд, и тот слегка выдохнул. – Пойду переоденусь. Встретимся в медотсеке, Ксан.
– Вас просят поторопиться, – сказала Стефания.
Мэллори подняла ногу и помотала болтающимся сапогом скафандра.
– В этом я никуда быстро не дойду. У них и так есть информация по женскому телу, а понадобится что-то еще – пусть сначала просканируют Ксана.
Они пошли к выходу из усыпальницы, но Мэллори снова холодно посмотрела на Ксана:
– Мы не договорили. Рано или поздно тебе придется рассказать, что происходит.
– Понимаю, – ответил он, ответив на ее взгляд.
Но что ждет его, когда она узнает всю правду?
За время «работы» с полицией и Госбюро Северной Каролины Мэллори сталкивалась с ненавистью, недоверием и довольно агрессивным вмешательством в личную жизнь. Когда правоохранительные органы понимали, что не справляются, они с большой неохотой просили ее помочь, но каждый раз делали вид, будто подобного больше не повторится.
Единственным человеком, который не хотел отпускать ее с Земли, оказался агент Госбюро Дональд Дроун. Он никогда не скрывал искреннего отвращения, которое вызывала у него Мэллори; как-то раз даже сказал, что настолько ненавидит интересоваться ее здоровьем, что с куда большим удовольствием согласился бы на колоноскопию. Но именно он допустил – допустил! – возможность выдать ей лицензию частного следователя, если она согласится остаться.
Мэллори рассмеялась ему в лицо:
– Нет уж, слишком поздно.
Что и говорить – несмотря на всю оказанную помощь и редкое признание ее заслуг, ее отношения с правоохранительными органами оставляли желать лучшего. Она понятия не имела, чего ждать от инопланетян.
Переодевшись в удобные джинсы и толстовку (и попутно переобувшись), она пошла в медотсек, где ее ждал Фердинанд.
– Вы сообщили службе безопасности про крушение? – спросила она. – А то у нас тут есть выжившие и куча трупов, которые валяются в трюме «Бесконечности». Наверное, стоит предупредить их.
– Зачем? У них и так много дел. Вечность психует, отсеки для шаттлов переполнены. Что важнее: кучка выживших землян или тысячи жителей станции, включая ее саму, которые могут пострадать? – сказал Фердинанд. – Мертвецам уже не помочь… наверное. Я плохо знаком с человеческой биологией, но вы же не восстаете из мертвых?
– Может, пару раз за историю человечества, – отозвалась она, кусая губу, и пробормотала: – Кажется, мы с вами относимся к преступлениям совершенно по-разному.
Внутри приемная медотсека ничем не отличалась от остальной станции: те же стальные стены, тот же белый пол и перегородки, разделяющие пространство. Та часть помещения, где они находились, явно предназначалась для ожидания: вокруг стояли пластиковые стулья разных размеров, в основном значительно больше человеческих. На другой половине виднелись экраны, отображающие человеческую анатомию, клеточную структуру и прочую непонятную научную чепуху. Несколько гурудевов, изучающих информацию, о чем-то переговаривались с небольшим роем Сонма.
На стене у входа в приемную висел коммуникатор станционной системы связи, которую Мэллори про себя называла инопланетным интернетом. Разобраться в нем было непросто – она до сих пор не выучила все символы наизусть.
Из медотсека показался Ксан, злой и очень недовольный. Он подошел к Мэллори, кутаясь в кожаную куртку как в одеяло.
– Больше я к себе инопланетян не подпущу, – огрызнулся он в ответ на приподнятую бровь.
– Зато теперь они знают особенности мужского тела и смогут помочь пострадавшим, – ответила она и продолжила изучать коммуникатор.
– Что делаешь? – спросил он.
Покосившись на него, Мэллори перевела взгляд на мудреную панель, пытаясь вспомнить, как через нее позвонить.
– Надо сообщить службе безопасности про шаттл. – Она с сомнением потянулась к кнопке с пятью точками, выстроенными в круг, словно кто-то начал рисовать пентаграмму, но не закончил.
Ксан, наклонившись, указал на иконку, похожую на аккуратную охапку палочек:
– Вот эта кнопка.
Нажав ее, она оглянулась через плечо:
– Спасибо.
Дозваниваться пришлось секунд двадцать, не меньше.
– Служба безопасности станции слушает, говорите быстрее. Мы заняты. – Мэллори узнала голос Деванши, фантасмагорки, которая помогла ей в первые дни пребывания на станции. Где-то на фоне выла сирена, и Мэллори поморщилась.
Пол под ногами содрогнулся.
– Это Мэллори, с Земли, ты меня помнишь? – неловко спросила она. – Я хотела сообщить про крушение шаттла с людьми. Есть погибшие и раненые. Не знаю, в каком состоянии экипаж гурудевов.
– Где выжившие? В медицинском отсеке? – спросила Деванши.
