— Да-да, все, включая вот эту яростную бестию. — в этот момент у Зеле непроизвольно выгнулась бровь. — Во-первых, вы так ни к чему не придёте. Одни выдвигают свои требования, другие выдвигают противоположные, по итогу всё заканчивается мордобоем. С обеих сторон должны быть выбраны парламентёры, которые, — он сделал паузу. Было важно, чтобы и шахтёры и Зеле сейчас полностью включились в диалог. — Смогут в понятной форме донести ваши требования, условия и аргументы до другой стороны. Вот к примеру, ты, Зеле.
Девушка вообще не ожидала, что Джон сейчас к ней обратиться.
— Что?
— Какие твои требования? С чего ты начала разговор?
— С вопроса «какого хрена?» и требования, чтобы они всё это прекратили.
— Отлично! — хлопнул в ладоши Джон. — А твои аргументы?
— Какие аргументы?! Я просто набью им морды, а потом мы все дружно пойдём домой.
Услышав, какие аргументы хотел предоставить боец дикого огня, шахтёры недовольно загудели.
— Хах, ну, если твоя цель здесь устроить мордобой, то, возможно, это можно считать хорошим аргументом. В противном случае, он довольно слабый. Я правильно говорю? — последний вопрос Джон задал шахтёрам, чем превратил недовольный галдёж в одобрительный.
Зеле, мягко сказать, не понравилось то, что парень поддержал её условных противников.
— Перейдём к вам. — теперь всё его внимание было сосредоточено на тех, кто стоял на баррикадах. — У вас вообще всё плохо. Ни требований, ни условий, ни аргументов.
— Мы сказали, что хотим видеть Хранительницу! — крикнули из толпы. — Это наше требование!
— Это не требование, а хрен собачий, который вы только что придумали. А из аргументов что? Кирка твоя? Перед девчонками палкой потрясти много смелости не надо. Тем более, что для этих, — кивнул он головой в сторону компании, с которой пришёл. — Это вообще не аргумент. Я прав?
Зеле кивнула, Март растерянно стала вертеть головой, Стелла с милой улыбкой достала биту и помахала ладошкой, а Дань Хэн душный.
Тем временем Джон продолжил.
— Хорошо, теперь давайте предположим, что вместо Хранительницы сюда завалится отряд Среброгривых стражей, а на месте Зеле будет стоять сам капитан Гепард. Ему вы тоже скажете про Хранительницу? Или засунете своё мнение в жопу и подоткнёте языком? Ваши аргументы какие?
Шахтёры переглянулись.
— Наши… аргументы?
А аргументов нет.
Однако вскоре и у них появился своеобразный лидер, который смог собрать остальных мужиков вокруг себя, выслушать их мысли, а вместе с тем выдвинуть требования подкреплённые условиями и аргументами.
— Наш аргумент такой, что мы не будем работать и другим не дадим. Те тоннели, по которым вы пришли, уже исчерпали себя, а наиболее производительные штольни сейчас находятся за нашими спинами. Пускай они хоть трижды нам хребет переломят, но с этого места мы не сдвинемся. Ни одна кирка больше не ударит о камень, пока наши требования не будут выполнены. А требования у нас простые — нормальное человеческое обращение и всё!
— Да!
— Нам большего-то и не надо! — воскликнули шахтёры.
Для них было удивительно, что Джон не спорил, не требовал, а просто слушал. И даже сейчас, когда они высказались, он ничего не сказал против.
— Зеле, ты их услышала?
Девушка опять растерялась. Глаза забегали, голос пропал. Она, как и шахтёры, привыкла разговаривать кулаками.
— Зеле? — повторил Джон
— Я… да. Да, я услышала.
— Твои аргументы?
— Я требую, чтобы они немедленно прекра…
— Стоп! Это не аргумент.
— В смысле?! У меня все аргументы такие! Я требую!
Джон вздохнул.
— Если позволите, отвечу за неё. Как видите, когда вы просто сваливаете друг на друга свои хотелки, это не даёт никакого результата. Переговоры должен вести грамотный человек, который в курсе всей вашей ситуации и всех ваших проблем. Кроме того, он должен точно понимать и осознавать, что он может получить, а что не получит ни при каких условиях. Главным аргументом Зеле в этой ситуации будет Олег. Он уже ведёт переговоры с представителем Белобога главнокомандующей Броней Рэнд и добился некоторых результатов. Он и есть ваш главный парламентёр, которого вам так не хватает. И если есть что сказать, то скажите это ему. На этом считаю наши переговоры оконченными. Предлагаю обеим сторонам разойтись, поразмышлять над услышанным и встретиться завтра.
— В смысле разойтись?! — удивлённо захлопала глазами Зеле.
— Как завтра?! Мы хотим сегодня! — возмутились шахтёры.
— Ничего не знаю, — хохотнул Джон. — Мы уходим. Вернёмся завтра.
Зеле подошла к Джону в упор, чуть ли не бортанув его плечом, и тихо затараторила:
— Что значит завтра?! Надо прямо сейчас решить этот вопрос.
Джон в ответ улыбнулся и, несмотря на злобно-вредные глаза, легонько погладил её по голове, на что получил ещё более презрительный взгляд.
— Спокойнее, Зеле, спокойнее. Они сейчас на взводе. Посидят, подумают, может и остынут. Даже если не все, нам все и не нужны вовсе, части вполне хватит. Так что разворачиваемся и уходим. Я почти уверен, что утром…
— Эй! — раздался крик с баррикады. — Эй, холёный! Посмотри на меня! — Джон обернулся. — Я тебе бородой своей клянусь, что хрен мы отсюда уйдем! Понял меня?!
