— Ты меня сейчас свинец горстями жрать будешь, чёртов мердэ! — держа парня на прицеле, мужчина сделал ещё несколько шагов вперёд, когда путь преградила Паула.
— Папа!
— В сторону, дочь! Не смей покрывать эту дворнягу!
— Но, папа, это я его сюда… — не унималась девушка.
Ствол дробовика на секунду опустился, а лицо мужчины стало спокойным.
— Паулинья, счастье моё, во-первых, ты наказана, а во-вторых, я тебе не верю.
— Может, сядем и поговорим как цивилизованные люди?
Зря он, конечно, рот открыл.
Джон понял это по глазам разъярённого мужика. И по отверстию в дробовике, которое глядело ему в лоб. Настолько близко, что он мог детально рассмотреть все царапинки на его поверхности.
— Прощайся с жизнью.
— Папа, нет!
Отец Паулы спустил курок, громыхнул выстрел, а вместе с ним раздался звук разбившегося стекла. Джон буквально вылетел в окно, сопровождаемый грязными ругательствами мужика и отчаянным криком самочки, которая совершенно недавно радовала его безумными скачками.
Чёрный как ночь, полированный настолько, что в него можно было смотреться как в зеркало, автомобиль премиум класса, марки «Pro-e-baltika GT SPORTS». В которой даже пепельница стоит дороже, чем весь этот грёбаный отель.
«И как удачно, что он тут стоит.» — промелькнула в мыслях Джона, пока тот летел с пятого этажа, размахивая своим достоинством и головным платком Паулы.
Ага, это единственное, что он успел схватить, прежде чем вылететь в окошко.
Пролетев все этажи в мгновение ока, атлетичное тело парня с разгона вошло в крышу автомобиля, замяв её по самые сидения. Заорала сигнализация. Казалось, что мужчина разбился насмерть, но нет. Кому так казалось, тот просто его не знал.
— Тс-с… зараза…
Распахнув глаза, первое что увидел Джон, было багровое от злости лицо папаши Паулы, который не поленился высунуться из окна и убедиться, что мудак, посмевший осквернить его любимую дочурку, успешно расплескался по асфальту.
— ТЫ!
— Я кажется разбил вашу машину! — парень постучал по крыше помятого автомобиля.
— Ты трахнул мою дочь! Я убью тебя!
Джонатан раскинул руки и состроил глупую мину:
— За что?! Ей же понравилось!
— А-а-а-а! Сука! Парни, валите его! — прокатился клокочущий полный ярости крик отца Паулы, и в следующую секунду из окон отеля показались стильные молодые люди в круглых шляпах, очках и с автоматами. Сам же папашка, невзирая на плач своей дочурки, дёрнул зубами чеку гранаты и швырнул вниз.
Это была прекрасная возможность устроить дискотеку из костей и мяса, да такую, что сам Люцифер бы позавидовал. Показать класс ультра-быстрой зачистки здания от противника, который очевидно лучше вооружен и имеет численное преимущество.
Но!
Джон повернул голову и заметил как в его сторону, семеня своими прелестными ножками, двигалось чудное создание. Пиджачок, белая блузка, скрывающая за собой уверенный третий размер, аккуратная прическа и юбка-карандаш очерчивающая изысканные бедра.
Симпатичная козочка цокала каблучками, с трудом удерживая зажатую под мышкой папку с документами, стаканчик кофе в другой руке и умудряясь при этом увлеченно болтать по телефону. Настолько увлеченно, что девушка не видела вообще никого и ничего вокруг, включая голого парня, который сейчас сидел верхом на замятой крыши элитного авто.
А вот Джон наоборот успел рассмотреть каждую деталь в её дивном образе и всё это за какие-то доли секунд, когда стильные молодые люди с круглыми шляпами вздёргивали затворы на своих автоматах, а убийственный осколочный снаряд летел с пятого на первый этаж.
В следующую секунду прозвучал взрыв. Сьюзан — так звали козочку, даже не поняла, что произошло. Вот она идёт по бульвару с работы, вот принимает звонок от очень важного клиента, а затем происходит что-то страшное.
Жуткий звук ударил по её нежному слуху, отчего она невольно зажмурилась и случайно, но с великим сожалением, выпустила стаканчик с кофе. Документы разлетелись по мостовой, важный клиент на какое-то мгновение перестал быть таким уж важным, в ушах появился противный писк.
Сьюзан настолько сильно испугалась, что боялась открыть глаза. Возможно, она так и тряслась бы, сжавшись в клубочек, если бы не красивый мужской голос.
— Не поранилась? Эй! — кто-то легонько её потряс. — Очнись!
Сьюзи очень осторожно приоткрыла один глаз, затем другой и впала в ступор, поскольку всего в паре десятков сантиметров нарисовалось чужое лицо, но уже мужское и до безумия привлекательное.
— Не поранилась, спрашиваю?
— Я-э…
Заклинило.
«Думай, Сьюзи! Думай! Надо что-то ответить! Надо что-то сказать! Привет, как дела? Нет, это банально! Скажи… какая сегодня чудесная погода, скажи! Нет, он подумает, что я дура! Надо что-то другое! Ну же! Он смотрит!» — одна мысль перекрывала другую, и все они носились по кругу, врезались, менялись, но в итоге победила та, которую меньше всего ожидала даже сама Сьюзи, а если точнее, то «Дать по-щам и возмутиться». Как говориться: «Сектор приз на барабане! Будете брать ещё одну кошку?»
Воздух разорвал звук пощечины, за которой последовал возмущенный голосок.
— Хам! Поставь меня на землю!
