Естественно, Пела цыкнула, цокнула, фыркнула, хмыкнула и, наверное, только не пёрнула, чтобы показать насколько она недовольна текущей ситуацией.
Но делать-то нечего.
«Он ведь действительно их не отдаст!» — нахмурила она бровки и пошлёпала босыми ногами в сторону кровати.
Сергеевна даже не поняла, что случилось. До кровати вроде бы оставался целый метр, а потом БАЦ! И она уже под одеялом. Бац! И язык Джона уже у неё во рту, а его рука нахально жамкает её ягодичку. Да не просто жамкает, а нет-нет, пройдется пальцем по заветному колечку. От каждого такого прикосновения в голове Пелы взрывался целый фейерверк самых разных ощущений.
И так… прошёл час. Прошёл бы ещё один, но полторашке каким-то чудом удалось прийти в себя. Ловко извернуться и выпрыгнуть на волю. Аж в другой угол комнаты.
— Так, стоп! Стоп-стоп-стоп, стоп! Всё, хватит! Верни мне мои трусы и мы в расчёте! — уперев руку в бок, ткнула другой в сторону хитромордого засранца, который продолжал лыбиться.
— Удивительно… вроде хрен без соли доедают, а полотенца махровые. — Джон задумчиво разглядывал пушистый уголок ткани.
— Не уходи от темы! Ты обеща…
И в этот момент Пела кое-что поняла. Она поняла, что стоит абсолютно голая. Причём не одна стоит, с ней ещё стоят оба соска. Левый, правый и все смотрят на Джона. Понравился он им.
«Кра-со-та», — констатировал он.
Сергеевна уже собиралась завизжать, но неожиданно, даже для себя, опомнилась.
«Только этого и ждёт! Негодяй!»
— Трусики верни!
— Хах, да забирай. — со стороны кровати прямиком в руки Пелы прилетел маленький комочек, развернув который, девушка на секунду подвисла.
— Подожди… это же те самые… которые ты у меня в тюрьме забрал.
— Не забрал, а выменял. Но в целом ты права, это они.
Сергеевна разгладила маленький бантик на трусиках и покосилась на Джона.
— Откуда мне знать, что ты ничего с ними не сделал? Верни мне мои. То есть нормальные. В смысле обычные. Я имею в виду… агх, ты понял какие!
— Ну, во-первых. я не говорил, что я с ними ничего не делал, во-вторых, свои нормальные-в-смысле-обычные вы, Пелагея Сергеевна, больше не увидите, поскольку эти несчастные попали в крепость трофейных трусиков, откуда ещё никто и никогда не возвращался. Очень сожалею вашей утрате, но помочь ничем не могу.
Пела так и застыла с открытым ртом и прищуром как у Клинта Иствуда.
«Надо будет ей всё же найти какие-нибудь очки…»
— Кстати, ты куда намылилась?
— Как это куда? — наконец отмерла девушка и принялась натягивать бельё. — Мне нужно встретиться с госпожой Броней, вернуться в Белобог и обо всём доложить. Думаю, сложившаяся ситуация требует детального рассмотрения. Хранительница обязана узнать о том, что тут происходит и принять меры.
В этот момент Пелагее всё-таки удалось стянуть колготки с люстры и начать одеваться. На лице Джона, в свою очередь, возникла саркастичная ухмылка.
— А ты думаешь, она не знает? Кажется, мне…
— Даже не думай порочить её светлое имя! Она великий человек.
— Судя по реакции Брони, ваш великий человек понятия не имеет о том, что здесь происходит. Впрочем, глядя на картину в целом, есть у меня некоторые подозрения о причинах произошедшего во всём Белобоге.
Пела закатила глаза.
— Госпожа Броня, попрошу. И, пожалуйста, только не заставляй меня это слушать. Я, как офицер Среброгривых стражей, высоко предана хранительнице. Оскорбляя её, ты в первую очередь оскорбляешь меня. И кстати… — застегнув юбку, Сергеевна подошла к кровати и нависла над Джоном. С её ковбойским прищуром это выглядело жутко даже несмотря на невысокий рост. — А ты чего лежишь?
— А мне куда-то надо?
Пела миленько улыбнулась, демонстративно подняла покрывшийся инеем пальчик, а затем вероломно ткнула Джона в бок.
— Эй! Какого?!. Да, что ты делаешь?!
— Я что… — тык-тык-тык. — Одна должна через всё Подземье шлёпать?! — тык-тык. — Ты мужчина или кто?!
Короче. Пелагея умела уговаривать и уже через десять минут парочка покинула отель. Стоит отметить, что в Камнеграде сегодня было не то чтобы тихо, но город словно замер в ожидании. Казалось, даже камень, стены и земля чувствовали это. Местные жители, тоже ощущали нечто надвигающееся, но не могли понять, что конкретно. С одной стороны была радость от того, что их наконец услышали, с другой, плотной дымкой стоял страх. В словосочетании «стабильно хреново» как правило на первом месте стоит именно слово «стабильно». Люди знают, чего ожидать от завтрашнего дня. А когда начинает дуть ветер перемен, им становится страшно, поскольку лёгкий ветерок может превратиться в самый настоящий шторм, да и кто знает, какие перемены наступят. Возможно, цена, которую придётся заплатить, будет слишком высока. Шагая по улицам Подземья, и Джон, и Пелагея всё это прекрасно видели.
К слову, парень отметил, как важно рядом с ним себя начала вести эта полторашка. Ни на секунду не отпускала его руку, а вид был такой, словно она тут царица всея Ярило-VI.
— Слушай, а можешь поподробнее рассказать о Броне? Она тоже офицер среброгривых?
