— Если с ней что-то случилось, я…
— Она плакала и плакала и не могла успокоиться, — перебивает этот мужик. –Я усыпил ее…
— Ты гребаный!..
— …иначе ее организм не выдержал бы такого напряжения, — договаривает золотокожий и даже сердится. Он и Питер смотрят друг на друга одинаково злыми взглядами, будто хотят испепелить на месте. Только золотокожему это удастся с легкостью, в отличие от человека-паука в поломанном костюме.
Наконец, Питер гневно выдыхает.
— А ты, — обращается он к застывшей рядом с этим мужиком Еве, — ты разве не должна была его остановить? Кто это? Твой новый приятель из параллельного мира?
Позади него и шокированного Майлза Моралеса кто-то кашляет. Пит.
— Вообще-то он правда ее новый приятель. Это Адам, он, типа, ее копия.
— Это сын верховной жрицы суверенов, — добавляет Ванда Максимофф. Среди всех вновь прибывших Мстителей (где нет Тони Старка, потому что тот удерживает портал с другой стороны, Стрэнджа, потому что в их реальности он, похоже, занят мировым балансом, и Локи, который просто не Мститель и вообще, кажется, не собирается нести добро) Ванда понимает больше других, что творится с реальностями. В той вселенной, откуда она прибыла, у нее сил больше, чем у ее двойника из вселенной Теи и Питера.
— Отпрыск суверенов? — переспрашивает Майлз. — Как Ева?
— Без него твой мир был бы обречен, Питер Паркер, — сообщает та. Питер вскидывает к ней голову.
— Это и твой мир, жестянка, — рычит он и спохватывается. — Погодите-ка, ты теперь говоришь? Давно научилась ли?
— Питер…
Это к нему подошел Эндрю и положил руку ему на плечо, вызвав волну боли по всему телу. И пытается успокоить. Не в состоянии Питера Паркера так распыляться — в нем самом едва ли осталось живое место после почти свершившегося апокалипсиса, — но сейчас он так зол на весь мир и на себя, что снова оказался в этой точке. В начале. Тея без сознания, какие-то инопланетные твари говорят, что ему делать, и вокруг слишком много его копий и нерешенных вопросов.
Когда же все это закончится и закончится чем-то хорошим для Питера?
— Просто… просто верните мне Тею, — с трудом произносит он. — Живой и невредимой.
На что получает неожиданный ответ от гребаного суверенного Адама.
— Нет, — и короткий отказ эхом разносится по подвалам бывшей лаборатории Уилсона Фиска.
Все давятся воздухом, даже Ева поворачивается к Адаму с немым вопросом в глазах. Если она вообще умеет удивляться, теперь, когда в ней, по словам Пита, больше не заключена Тея и ее эмоции.
— Что? — спрашивает Эндрю.
— Что? — вторит за ним Майлз.
Адам возвышается над ними, словно победитель, существо, которому по силам восстановить целую вселенную, не поморщившись, и с той же легкостью опрокинуть ее обратно в черную дыру, из которой она только что выбралась.
— Я сказал «нет»,— повторяет он. — Я отказываю тебе.
— Какой шустрый! — распаляется Майлз, хоть и дрожит всем телом — не то от страха, не то от своего мальчишеского гнева. — А ты не хочешь у Теи сперва спросить?
Питер уже не думает, что ослышался. И слова могущественного суверенного отпрыска его уже тоже не удивляют. Что ж. Он проходил через это один раз, второй, третий.Сможет и в этот. Или умрет, пытаясь.
— Мне придется драться с тобой за нее? — уточняет Питер. Он устал и обессилен, и сколько это еще будет продолжаться, он не знает.
Парящий в воздухе Адам склоняет голову набок и смотрит на Питера сверху вниз, как на букашку, не стоящую внимания.
— У тебя не хватит сил, смертный мальчик. Даже если ты будешь в лучшей своей форме.
— Я знаю, — соглашается Питер и, неуклюже перешагивая через обломок стены, охает от прострелившей ногу боли. — Но ты не оставляешь мне выбора. Может, ты и самый сильный чувак параллельной вселенной, но люди моего мира, они… Ты не видел их в действии, доведенных до отчаяния.
— Паркер, — предупреждающе бросает Стив Роджерс из параллельного мира. Питер к нему даже не оборачивается. Он смотрит на зависшую в воздухе бессознательную Тею, окруженную золотым свечением, заключенную в сферу, как в клетку.
Он видел ее такой однажды. Тогда она была в отчаянии и хотела убить Стрэнджа и Старка за обман. Теперь же она спокойна, будто спит.
— Если понадобится, мы все будем драться, — тихо произносит Майлз. Позади него — Питер этого не видит, — кивает Пит и Тесса. И Гвен. И Мэй Паркер. И даже Эндрю.
— Но вам не придется.
То говорит Ева. Она висит в нескольких футах над землей рядом с Адамом и смотрит прямо на него. Светящаяся, уверенная, безэмоциональная, как и он. Чей облик принял этот Адам, Питер не знает, но в Еве он видит черты Теи, и это его все еще беспокоит.
— Я сказала, — договаривает Ева, — что заплачу цену, которую ты просишь.
Лицо Адама внезапно перекашивает вполне человеческая ухмылка.
— Но без нее, — он кивком головы указывает на Тею перед собой, — ты не так интересна мне.
— Понимаю. Но я обещала тебе себя. А не нас.
