Они смотрят на Тею, ее родители, которые не видели дочь полгода, и Кирк сразу же хватает ее за дрожащую руку, и Селеста тянет обратно в гостиную. Тея сглатывает ком в горле и послушно следует за семьей. Они ведь тоже заслужили этот день. Может быть, заслужили больше остальных, потому что терпеливо ждали ее, ничего не зная.
И тогда Тея позволяет себе отбросить сомнения. Совсем ненадолго. Она отключает кимойо и остается с родителями.
***
Мэй приготовила лазанью — наконец-то она стала получаться у нее не просто сносно, но даже вкусно! — и разливает по бокалам вино.
— Как же хорошо, что все вернулось на круги своя, правда? — без конца повторяет она и кивает сама себе. — Все живы и здоровы, и дай Бог, никто нас больше беспокоить не станет! Питер, детка, ты можешь спать спокойно.
Питер кивает, только чтобы она не нервничала из-за вещей, повлиять на которые не может. Пустая съемная квартира его пугает, он даже не стал туда заглядывать. Пустая кровать в доме Мэй тоже вызывает неприятное холодное ощущение, слишком знакомое ему по одинокому полугодию. Но не может же он, в самом деле, хвататься за Тею, как за спасительную соломинку, она ему не мать, а он не малолетний пацан.
Господи, как же тяжело дышать, от страха аж в груди перехватывает.
— М-можешь налить и мне? — просит Питер. Мэй удивленно вскидывает бровь, но вопросов не задает. И без пояснений понятно, что время у Паркера выдалось так себе.
Тетя ставит на стол третий бокал.
— Хэппи, тебе добавки положить?
Хэппи Хоган. Самый неожиданный ухажер Мэй, которого Питер мог бы себе представить, но, эй, кто он, чтобы судить. Хэппи помог его тете, когда от него самого толку не было никакого, когда ей казалось, что родная семья в лице Питера ее покинула насовсем. Да и вообще, Хэппи же хороший парень. Просто очень уж внезапный, что скрывать.
Он просит еще лазанью, спрашивает у Питера, хорошо ли добралась Тея и что там с малым. Питер отвечает через раз.
— Майлз в порядке, да. Он дома сейчас, с родителями.
— Это правильно, — поддакивает Мэй. — Бедный мальчик, столько всего натерпелся! Настоящий храбрый герой.
Да, верно. Храбрый и безрассудный. Совсем, как Питер.
Он опрокидывает в себя бокал вина и просит еще, не замечая, как переглядываются с беспокойством Мэй и Хэппи. Ноющее чувство в груди скребется, подобно зверю, и просит выхода, и Питер пока не знает, когда сможет избавиться от него и оставит ли оно его окончательно. Какой позорный страх — одиночества. Какой позорный для героя, спасшего вселенную не один раз.
Если бы он не был сейчас так рассеян и погружен в себя, то услышал бы приближающиеся к двери квартиры Мэй шаги, торопливые и неуверенные. Но он поднимает глаза от стола уже в тот момент, когда в дверь звонят.
— Кто бы это мог… — удивляется тетя и идет открыть незваным гостям. И тогда Питер слышит ее удивленное и радостное:
— Тея? О, боги, Тея, солнышко!
Питер соскальзывает со стула с мыслью, что ему послышалось что-то не то — пора лечиться, Паркер! — но заворачивает в коридор и видит обнимающихся Тею и Мэй. Тетя почти плачет от счастья.
— Детка, я так соскучилась! Я так рада, что с тобой все в порядке! Посмотри-ка на себя, ничуть не изменилась, ох, подумать только! Питер сказал, ты сейчас дома, что же ты здесь?..
Тея отвечает очень тихо, и Питер почти не слышит ее из-за бухающего в груди сердца.
— Не могу так, без него трудно, я родителей попросила, они поймут, но я просто… мне…
Она замечает Питера за плечом Мэй и мгновенно вспыхивает.
— Я тебе жучок прицепила, — говорит девушка. — Он в твоем кимойо, меня Шури давно научила. Питер, прости.
— Ох, глупая!..
Мэй отпрыгивает и ойкает, когда Питер резко шагает к Тее и заключает ее в крепкие объятия, и дрожит всем телом, отпуская подкрадывающийся к горлу испуг. Тея, Тея, Тея…
— Твоя мама попросила об одолжении, я не мог ей отказать, — шепчет Питер куда-то в шею девушки. Она быстро-быстро кивает, не разжимая рук, обхватив его за плечи, зарываясь пальцами в волосы на затылке.
— Знаю, но я не могу сейчас тебя оставить, задыхаться начинаю, так сложно. Они меня возненавидят, я пообещала, что завтра с утра же домой явлюсь, с тобой вместе приду, Питер, можно?
Можно. Все, что угодно. Как угодно. Когда угодно.
— Спасибо, — выдыхает он. — Я бы не справился.
— Я тоже, — шепчет Тея.
Она тоже, представляешь, парень. Питер вдыхает аромат, исходящий от ее кожи, и медленно расслабляется. Вот теперь он сможет уснуть спокойно.
Они с Теей стоят так с минуту, пока девушка неожиданно не охает.
— Хэппи?
— Привет, маленькая заноза, — смущенно отвечает Хэппи Хоган. — Рад тебя видеть.
И Тея вдруг смешно фыркает и, оторвавшись от Питера, качает головой.
— А я-то думала, меня после Гарри Озборна уже ничем не удивить! Расскажите мне все!
Она идет на кухню следом за веселой Мэй и краснеющим Хэппи Хоганом и ведет Питера за руку.В этот момент Паркер думает, что никуда не отпустит эту девчонку. Они ведь уже взрослые, верно? Они могут жить сами.
Это будет непросто. Поборол Таноса и суверенов? Ох, парень… Попробуй-ка теперь одолеть ревнивых родителей самой лучшей девушки на Земле.
