– Джедаи всегда обо всем позаботятся,– заявил он, доставая и активируя лазерный меч. С сухим шипением вырвался вибрирующий зеленый клинок, луч нестерпимо яркого света, хлестнувшего по глазам так, что Хэн зажмурился.
– Не лучшее применение,– прокомментировал Люк,– но делать нечего.
И оба приятеля двинулись в глубь продуваемых ветром катакомб дворца по направлению к тронному залу Джаббы. Они не знали толком, чего ищут, но оба были совершенно уверены, что ничего хорошего они не найдут.
– Собственно, все это выглядело немногим лучше, когда Джабба здесь жил, – сказал Люк.
– Может, все его охранные системы уже сломались,– заметил Хэн.
Внутри разрушенного главного тронного зала, где тучный хатт творил судилище над своими беззащитными жертвами, лазерный меч ярко расцветил стены, заплясавшие тенями и полосами. Падалыиики, большие и малые, громко шумели в соседней могило-подобной комнате, галечные струйки скользили в проломах стены.
– Эти странные Б'Омарры еще здесь,– отметил Хэн,– не больно-то они стремятся восстанавливать помещения, которые занимал Джабба.
– Не думаю, чтобы кто-нибудь был столь самоуверен, чтобы пытаться понять Орден Б'Омарра,– отозвался Люк. – Из того, что я слышал, каждый достигший высочайшей стадии просветления монах подвергается операции, его мозг вынимается и переносится в жизнеподдерживаюший сосуд. Это позволяет им не отвлекаться на физические проблемы, оставляя возможность размышлять над высочайшими тайнами.
Хэн хмыкнул и глянул Люку прямо в светлые голубые глаза.
– Хорошо еще, что джедаи не занимаются подобной ерундой.
Люк улыбнулся другу.
– Похоже, пора напомнить, как ты назвал Силу "религиозными фокусами", когда мы с тобой впервые встретились.
Хэн отмахнулся.
– Ну, с тех пор я стал поостроумней.
Внезапно раздались громкие механические звуки, словно грохот отдаленных взрывов эхом пронесся по помещениям. Приятели резко оглянулись, Люк – с лазерным мечом наготове, Хэн – выставив перед собой бластер. Сервомоторы на искусственных ногах подходили все ближе, множество ног ледяными иголочками простучали по плитам пола. Хэн почувствовал, как мурашки побежали по его коже при отвратительном воспоминании о кристаллиновых пауках, живших в черных спайсовых шахтах на Кесселе. Но появившаяся тварь не была ни полностью искусственной, ни полностью живой – множество острых механических ног передвигалось и спотыкалось, словно под обычным мускульным контролем… автоматическое стальное насекомое, забредшее в тронный зал. А вот под ногами, где должно было бы находиться раздутое тело паука, был подвешен сферический сосуд, наполненный прозрачной бурлящей жидкостью, подававшей жизненную силу крученому пористому человеческому мозгу.
– Уфф! – выдохнул Хэн.– Это один из монахов. Кто знает, чего они хотят?
И он направил бластер прямо на сосуд с мозгом.
Нет, донесся безжизненный голос – синтезированные слова шли из маленького динамика, вмонтированного в пучок механических ног.
Люк предупреждающе поднял свободную руку.
– Подожди, Хэн… Я чувствую только смятение. Угрозы нет.
Вы… друзья Джаббы? вопросили паучьи ноги.
– Я более разборчив в друзьях,– отозвался Хэн.– Кто ты?
Паучьи ноги расползлись в стороны, как если бы мозг рассредоточился и потерял контроль.
Я Майзор. Когда-то я был противником Джаббы. У нас с ним была… стычка, и я проиграл.
Синтезированный голос запнулся, словно бы в нерешительности.
Джабба велел монахам применить ко мне их операцию и поместить мой мозг в этот сосуд.
Снова раздумье, и снова безжизненный металлический голос.
Я пользуюсь этими ногами, когда хочу передвигаться. Целый год я кричал в пустоте, привыкая к своему новому положению. Джабба держал меня при своем дворце для развлечения, чтобы иметь возможность смеяться над тем, каким я стал жалким.
Паучьи ноги снова расползлись, но голос стал громче и вызывающе зазвенел.
Но теперь Джабба мертв. Дворец его пуст. И я смеюсь последним.
Хэн с Люком переглянулись. Хэн медленно опустил бластер.
– Что ж, враг Джаббы – мой друг,– сказал он. – Собственно, мы были там, у Великого провала Каркун, где погиб Джабба.
Я в великом долгу перед вами, отозвался Майзор.
Сверкающие огоньки пробежали по системе, поддерживающей жизнь мозга.
– Тогда, возможно, ты сможешь помочь нам? – спросил Люк. – Мы ищем информацию. До нас дошли кое-какие слухи. Если ты был все время во дворце, может быть, ты видел, что мы хотим узнать.
Да, ответил Майзор, много странников пришло сюда недавно. Очень активные. Очень таинственные.
– Ты можешь сказать нам, кто они такие, чего ищут? – спросил Хэн, поражаясь тому, как легко дается им в руки разгадка.– Нам нужно знать, что делают тут хатты.
Хатты, позвучал механический голос, презираю хаттов. Много хаттов заявилось сюда. Ищут.
– И что же они ищут? – настойчиво спросил Хэн.
Инфомацию. Информацию Джаббы. Джабба был не только королем преступников. У него повсюду были шпионы. Он много знал об Альянсе. Империя отказалась ему заплатить, чтобы он начал вредить ему. Еще много имперских секретов.
Паучьи ножки подергались вверх-вниз.
Имперские тайны. Вот что ищут хатты.
