Козин по рации вызвал к себе за полевую кухню подчиненных и поставил новую задачу. Бойцы скрытно просочились в балку, где у изгиба место действительно оказалось удобным для заслона, заняли позиции обороны. Пулемет был позаимствован у третьего отделения.
Шрамко прошел в командный отсек. Заметив, что связист как-то странно посмотрел на него, спросил:
— Что такое, Денис? Мандраж?
— Есть немного, товарищ старший лейтенант. Все же на нас прет большая банда.
— Ничего, парень, выдержим, у нас техника, защитные сооружения, минные поля, да и рота поддержит, бригадная артиллерия. Все будет пучком.
— Товарищ старший лейтенант, просьбу можно?
— Давай свою просьбу.
— Если меня убьют, вы мамке сразу не сообщайте. Она сейчас после больницы, здоровье слабоватое. Попозже, через недельку.
— Ты мне дурь не гони, солдат! Выживешь и скоро к мамке своей поедешь. После командировки пойдут отпуска. Обещаю, отпущу тебя.
— Спасибо, но если…
— Никаких «если»! Встряхнись, и связь мне с ротным, срочно!
— Есть!
Копылов вызвал базу. Ротный ответил тут же:
— Опора! Слушаю!
— Это Пихта! Докладываю обстановку. Банда Мадраса вышла в район блокпоста.
— Погоди, погоди, а как же результаты разведки?
— Это уже не важно. В настоящий момент боевики сближаются с постом по трем направлениям. Взвод и «гости» к бою готовы, личный состав на позициях, после доклада ухожу в первое отделение. Прошу принять меры для переброски к посту сил усиления и огневой поддержки.
— Когда ожидаешь штурм?
— Судя по тому, как продвигаются «духи», часов в пять, если они не замыслили для нас пару сюрпризов.
— Понял тебя. Немедленно свяжусь с комбатом, сбросим информацию в бригаду. Держись, Пихта!
— А куда мне деваться…
От страшного грохота вздрогнули стены, потянулась пыль. Связист вжал голову в плечи.
— Что у тебя там? — воскликнул командир роты капитан Девин.
— Пока не знаю, подожди, Опора.
Портативная радиостанция сработала сигналом вызова, за ним череда взрывов.
— Пихта, Питон!
— Что произошло, Питон? — спросил Шрамко у Козина.
— А ты в здании?
— Да!
— «Духи» применили установки разминирования. Как рвануло, я перебежал на позицию первого отделения.
— Во как! Как же они незаметно подтянули «Горынычи»?
— Боевики применили новые установки, похоже на французскую «Парму», это переносная система, расчет четыре человека, выпускает два реактивных снаряда со взрывным кабелем на сто двадцать метров под углом друг к другу, который можно регулировать. В общем, нет у нас минного поля со стороны «зеленки» и от перевала, а «духи» появились пока на удалении метров в пятьсот. Небольшие группы, сейчас возможна гранатометная атака.
— Я понял тебя, подойдешь?
— Подойду!
Шрамко отключил рацию, включил гарнитуру Р-159:
— Опора, я — Пихта!
— Слушаю, Пихта!
— Банда применила установки разминирования, предположительно «Парму»! Взрывы, что были слышны в динамике, это подрыв кабелей и мин, которые сдетонировали от ударной волны. Таким образом, мы лишились минных заграждений с востока и юга. Питон видел «духов» на расстоянии примерно полукилометра. Они продвигаются мелкими группами.
— Вариант обхода поста предусмотрел?
— Предусмотрел. Этим Питон занимается.
— Срочно выхожу на комбата.
— Ну, я, по ходу, вступаю в бой!
— Держись, Дима!
— Держусь, все, в дальнейшем связь по необходимости.
Захватив автомат, поправив на груди разгрузочный жилет с запасными магазинами, Шрамко вышел на территорию, которую заволокло гарью и пылью. Он пробежал до позиций первого отделения, упал в траншею рядом с Козиным:
— Не хреновое зрелище!
Все плато, в двадцати метрах от позиций и далее на сто с лишним метров, было сплошь покрыто воронками, слева и справа чернели обугленные прямые канавы. Место, куда упали взрывные кабели.
— Обстановка тебе ясна, — сказал Козин. — Смотри за гранатометчиками, они уже сейчас могут открыть огонь из РПГ-7.
— Сейчас вряд ли, дым идет в их сторону, цели размыты.
— Минут через десять часть банды будет метрах в двухстах от поста. И тогда «духи» обязательно попытаются поджечь технику.
— Так прикрывай тыл, Валера!
— Добро, ушел. Ни пуха!
— К черту!
— Тебя еще дальше, от пули и осколка.
Разведчик перебежал за здание и, миновав позиции третьего отделения, которое успел проинструктировать, спустился в заросшую кустарником балку. Вскоре он лежал за валуном у изгиба мелкого оврага рядом с пулеметчиком. Остальные его подчиненные умело разместились на склонах, используя естественные укрытия; сосредоточенные, спокойные, они были готовы встретить превосходящие силы противника.
Банда Наби, несмотря на сложный рельеф местности, продвигалась быстро. Главарь слышал, как рванули ликвидаторы минных полей. По мощности взрывов можно было понять, что подрыв взрывных кабелей вызвал детонацию мин и гранат на растяжках. Он торопился. Ему надо было первым подойти к блокпосту и частью банды отвлечь русских. Из глубокого оврага банда прошла в балку. На месте раздвоения, где одна балка уходила в обход поста, а другая шла прямо на него с запада, Наби остановил боевиков, крикнул одному из своих помощников, Кадаеву:
